Горных Абдулменан

Так оно и продолжалось, с бесконечным повторением, и каждый раз с припевом, все более ритмичным и раскачивающимся: Религия старого времени, Религия старого времени, Религия старого времени— Для меня этого достаточно! Что это было хорошо для еврейских детей, что это было хорошо для Павла и Силы, что это поможет вам, когда вы будете умирать, что...

То, что последовало за этим, было поразительным примером решимости Конвелла не упускать ни единого шанса произвести впечатление на умы своих слушателей, и в то же время это было действительно удивительным доказательством его способности двигаться и раскачиваться. Ибо на его лице появилось новое выражение, и он сказал, как будто эта идея пришла ему в голову только в этот момент — как это, скорее всего, и произошло: “Я думаю, что это в нашем сборнике гимнов!” И через мгновение он объявил номер,...

“Мы втроем говорили там вместе” — какой редкий разговор, должно быть, был - Маккинли, Гарфилд и Конвелл — “мы говорили вместе, и через некоторое время мы перешли к теме гимнов, и эти два великих человека оба сказали мне, как глубоко они любили старый гимн, "Религию старых времен". Гарфилду она особенно понравилась, как он нам сказал, потому что добрый старик, который воспитывал его в детстве и которому он был так благодарен, пел ее каждое утро на пастбище за окном мальчика, и юный Джим знал, когда бы он ни слышал эту старую мелодию, что это означало, что ему пора вставать...

Однажды воскресным вечером он почти случайно упомянул о том времени, когда он впервые встретился с Гарфилдом, тогда кандидатом в президенты. “Я попросил майора Маккинли, с которым я познакомился в Вашингтоне и чей дом находился в северном Огайо, как и дом мистера Гарфилда, пойти со мной в дом мистера Гарфилда и представить меня. Когда мы добрались туда, сосед должен был найти его. - Джим! Джим! - позвал он...

Как и все великие люди, он не только делает большие дела, но и следит за множеством деталей. Когда его помощник, объявляя о похоронах старого члена церкви, колеблется по поводу улицы и номера и говорит, что их можно найти в телефонном справочнике, глубокий голос доктора Конвелла тихо прерывается: “Такой—то номер [дает его], Дофин-стрит” - тихо и тихо, но каждый в церкви отчетливо слышит каждый слог этого низкого голоса. Его фонд личных анекдотов или личных...

И есть нечто большее, чем счастье; есть чувство легкости, комфорта, общей радости, которое совершенно ни с чем не спутаешь. В нем нет ничего от скованности или стеснения. И со всем этим есть полная ссылка. Неудивительно, что он привык занимать каждое место в этом огромном здании. Его жесты обычно очень просты. Время от времени, когда он делает ударение, он ударяет одним кулаком по ладони другой руки. Когда он закончит, вы не помните,...

И как это нравится самому хору! Они занимают большое изогнутое пространство за кафедрой и вкладывают свои сердца в песню. И когда прихожане расходятся и хор затихает, иногда они все еще поют, а некоторые из них продолжают петь, медленно направляясь к дверям. Они счастливы — сам Конвелл счастлив — все прихожане счастливы. Он заставляет всех чувствовать себя...

Он никогда не подозревал об этом; он просто думал вместе с музыкой; и на его лице было такое выражение заразительного счастья, которое делало всех в здании такими же счастливыми. Ибо он обладает таинственной способностью наполнять других своим собственным счастьем. Не только певцы, но и современный эквивалент гуслей, табрета и тарелок, все они занимают свое место в схеме церковного служения доктора Конвелла; ибо там может быть пианино, и даже может быть тромбон, и есть большой орган, помогающий голосам, и иногда раздается звон колоколов...

И он продолжает, теперь читая: “Ты встретишь группу певцов, спускающихся из маленькой старой церкви на холме, с гуслями, табретом, свирелью и арфой, и они будут петь".” Музыка - одно из сильнейших средств Конвелла. Он поет сам; поет так, как будто ему нравится петь, и часто обнаруживает, что ведет пение — обычно так, действительно, на молитвенных собраниях, а часто, по сути, на церковных службах. Я помню, как на одной церковной службе руководитель хора стоял перед массовым хором, якобы руководя пением, но сам...

Конвелл, что он не указал на то, что понял бы каждый, кто его знает, что это было его собственное вдохновение, вложенное в попечителей, которое привело к этому быстрому и решительному шагу со стороны одного из них. “Я обсудил этот вопрос с владельцем недвижимости и рассказал ему о начале фонда, историю маленькой девочки. Этот человек не принадлежал к нашей церкви и вообще не был прихожанином, но он внимательно выслушал рассказ о пятидесяти семи центах и...