Милена Черешенко

? — попросила Снегурочка, вырываясь из объятий матери. — Спрашивай у мамы! — ответил Ваня, улыбаясь Сашеньке. — Это ее первомайский подарок! — Конечно, открывай, — разрешила Сашенька. — Тогда вперед, товарищи Подушка и Кролик! — сказал Ваня. Они рвали оберточную бумагу, пока в ослепительных лучах солнца не показался роскошный холодильник бежевого цвета, отделанный нержавеющей сталью, с хромированными буквами «Дженерал Электрик» на передней панели...

ячейкой социалистического общества, вместе делили тяготы, потому что оба очень много работали, оба были на удивление заботливыми родителями. Но потом товарищ Каганович, доверенное лицо Сталина, заявил на заседании жен офицеров командного состава: «Воспитание советских детей такое же важное дело, как и ликвидация шпионов и борьба с фашизмом, а советская женщина обязана заботиться о муже и детях!» Полная женщина в удобных туфлях и цветастом платье, с седыми волосами, забранными в пучок, засуетилась возле маленькой девочки...

восклицанием: «Кручусь-верчусь, кручусь-верчусь, сейчас полечу!» Сашенька захлопала в ладоши, Ваня засмеялся. — Смотри! — Снегурочка указала пальцем на ярко-красную бабочку и сделала вид, что полетела за ней, размахивая руками как крыльями. — Ты еще будешь выступать в Большом театре! — заявил Ваня. — Будешь народной артисткой! Снегурочка подбежала к отцу, прыгая от радости и нетерпения, и он снова поднял ее на руки. Он был таким высоким, что ноги дочери взметнулись высоко над землей. — Чем...

у машины, Ваня с Разумом медленно понесли третий к дому. — Папочка! — Их пятилетняя дочь Снегурочка, зажав в руках розовую подушку-думку, в одних шортах выбежала из дома, обняла отца, который поднял ее на руки и поцеловал в лоб. — Посмотри на меня! Посмотри, папа! — воскликнула она, размахивая в воздухе своей любимой «подушкой-подружкой». — Мы всегда на тебя смотрим, — ответила Сашенька. — Покажи папе свой танец с подушкой. Снегурочка была для своего возраста рослой девочкой, худенькой и очень бледной (отсюда и прозвище), с голубыми глазами и розовыми губками...

? — Она заметила, как сузились его глаза, и поспешила успокоить его. Время репрессий, казалось, миновало, но даже очевидная случайность была опасна. Ваня с Сашенькой еще не забыли, что произошло с наборщиком, который набрал «Столин» вместо «Сталин». — Нет-нет, ничего серьезного! А потом у Каролины подгорели пироги, и Карло хныкал… А что здесь? — спросила она, кивая на коробки в багажнике. — Это мне подарок? — спросил Карло. — Подожди, сейчас посмотрим, — засмеялся Ваня. Он отстегнул кожаную портупею и кобуру, бросил их водителю Разуму...

, что не увидит демонстрацию силы Советской страны — парад на Красной площади, самолеты и танки, ударников труда и физкультурников в нарядной форме. Мощь Красной Армии наполняла ее гордостью, ей нравилось приветствовать руководителей страны со своего места на гостевой трибуне. Но в этом году ей захотелось побыть одной с детьми на даче. — Дядя Ираклий приедет на обед? — спросил Карло. — Я хочу с ним поиграть! — Папа говорит, что приедет, но наверное, ты уже будешь спать, Кролик...

, папа приехал! — Я только поцелую папочку, мамуля! — сказал Карло, спрыгнул с ее колен и побежал обнять отца. Сашенька последовала за ним по деревянным ступенькам. — Ваня, какой приятный сюрприз! Ты, наверное, сварился в этих сапогах! — Однако носить сапоги даже в своем кабинете в самый разгар лета (а май в том году выдался в Москве на редкость жарким) было скорее показателем большевистской стойкости, чем практической необходимостью или удобством. Товарищ Сталин постоянно носил сапоги. Карло бросился отцу в объятия...

. Я кролик! — Ладно, товарищ Кролик, — согласилась она. — Ты мой самый любимый товарищ Кролик на всем… — …белом свете! — закончил он за нее. — А ты — мой лучший друг! Потом она увидела, как подъехала машина. — Папа приехал! — сказала Сашенька, поднимаясь. — Откройте ворота! — крикнул водитель. — Заезжай, — ответили ему. Сашенька узнала голос их конюха. Ворота распахнулись, и через проем стала видна караулка с охранниками в синей форме в начале подъездной аллеи...

звали Карлмаркс, он родился во время гражданской войны в Испании, когда Сашенька с гордостью каждый день надевала испанский берет, — поэтому и мальчика называли на испанский манер. — Карло, мне нужно это прочесть. Пойди разыщи Снегурочку, поиграйте вместе или попросите Каролину приготовить вам что-нибудь вкусненькое! — Не хочу! — взвизгнул Карло. Это был красивый, крепкий светловолосый карапуз с широким лицом и ямочками на щеках...

выходит ее муж — в начищенных до блеска сапогах, в синей гимнастерке с малиновыми петлицами. — А вот и я. — Ваня Палицын поздоровался с женой, которая стояла на веранде, и махнул рукой водителю, чтобы тот открыл багажник. — Сашенька, позови детей. Скажи, что папа приехал! Я привез им гостинцы! И тебе привез, милая моя! Сашенька лежала на диване на дощатой веранде своей дачи и пыталась вычитывать гранки журнала. Этот одноэтажный особняк с белыми колоннами был в начале века построен одним нефтяным магнатом из Баку...