Эдуард Нурменов

И кому могло понадобиться сюда залезть? Психам вроде меня самого? Каким-нибудь контрабандистам, придумавшим таскать свой товар горными тропами вместо того, чтобы делиться прибылью с богатеями или ушлыми стражниками из Прашны? Племенам, в незапамятные времена проигравшим схватку за куда более пригодные для обитания земли у подножья гор склафам или предкам тех, кто создал Иллирийскую Империю? Или все-таки троллям, которые научились прятаться даже от ока Видящего? Может быть, я этого никогда и не узнаю. Зато уже сейчас знаю другое: здесь реально пройти. Конечно же, если обладать в достаточном количестве силой и упрямством...

Несмотря на внушительную комплекцию и обманчивую неуклюжесть, лысый коротышка-скальд умел перемещаться почти неслышно. Сивый не видел, как тот вошел… И сколько лишнего уже успел услышать. — Ты сомневаешься в моей власти? — проворчал Сивый. — Истинная власть идет лишь от богов. — Скальд пожал плечами. — Любой может назвать себя конунгом. И мне нет дела до… — Мне тоже нет дела. — Сивый оборвал Ошкуя на полуслове. — Куда мог пойти Антор? Ты знаешь его лучше любого из моих людей. — У Всеотца лишь один глаз. У меня — два, но разве могу я увидеть то, чему сам не был свидетелем? — отозвался Ошкуй. — Я не предсказатель, а всего лишь бедный скальд...

— Кому сказано — цыц! — выдохнул воевода. — Будет еще щенок меня, пса старого, учить. И верно — не те уж годы Ратибора настали для работы такой. Тяжел парень был, ох, как тяжел. И сам уж ног не переставлял — глубоко в боку стрела немская засела — не шевельнешь, не вытащашь, а ежели вытащишь — так тут же и помрет, враз вся кровушка из жил и выйдет. Плохи дела у гридня были. Плохи — да не совсем. Уж сколько лет Ратибор на свете жил — и не такое видывал. И стрелами, и копьем насквозь колотые, и саблями булгарскими чуть не надвое сеченые — а поднимались гриди. Лежали, кряхтели, пили снадобья целебные, что Молчан старый готовил — и разве что не с того света, из самой нави обратно и возвращались...

Нет, конечно, со спины броня тоже была — но все же не настолько крепкая. У Славки в колчане даже после трех дней охоты оставалось еще достаточно тяжелых стрел с узкими трехгранными наконечниками, способных вскрыть эти консервные банки с вероятность примерно восемьдесят процентов. Но сейчас рисковать нельзя. Лучник уже успел взять тридцать восьмой уровень, и если не убрать его с первой попытки — охотник тут же превратится в жертву. Заколдованная накидка поможет спрятаться, но в снайперской дуэли победит тот, кто лучше стреляет. Славка осторожно подтянул лук и раскрыл инвентарь, выбирая нужную стрелу...

Самое немыслимое воинство из всех, что когда-либо видел этот мир, расползалось на части, как старое лоскутное одеяло. И в общей суматохе никто не обратил внимания на то, как два десятка северян отвязали лошадей, взвалили на их спины свой нехитрый скарб и поскакали на юг. И только когда деревья скрыли их от чужих глаз — свернули и прибавили шагу, уходя все дальше и дальше от остывающих кострищ лагеря. Снег валил крупными хлопьями и надежно прятал следы. Никто не видел, куда мы ушли и не смог бы отыскать нас — но окончательно выдохнул я, только когда крохотные искорки чужих аур погасли вдалеке. Колесо...