Мстислав Дрыганов

решения. Η. П. Дашкевич в свое время заметил, что еще с 1219 г., т. е. с самого начала княжения в Галиче Мстислава Удалого, галицкое боярство «усердно начало помогать» венграм, «потому что венгры… сделали бояр участниками в верховном управлении страной»[2336],«Худо ли было боярам при Мстиславе? — спрашивает далее историк, — … и однако они предпочли венгров; это потому, что последним они постоянно могли грозить русскими князьями и, таким образом, могли держать их несколько в своих руках, а русские князья не привыкли и не согласились бы играть при боярах второстепенную роль; они воспитаны были в других понятиях»[2337]...

Золотая булла 1222 г. и договорная практика венгров и галичанО традиции договорных отношений общины с иноземными претендентами на галицкий стол В литературе неоднократно высказывалась мысль о значительном сходстве ряда важных социально-правовых институтов Юго-Западной Руси и соседних европейских государств. Зачастую это объяснялось влиянием аристократических порядков Венгрии, а также Польши, более всего отразившихся на положен»: и роли галицкого боярства. Однакопри этом исследователи ограничивались, как правило, лишь самыми общими замечаниями[2308].Звучали скептические голоса, ставившие под сомнение роль внешнего факте;· как не имевшего существенного значения[2309]...

Именно так, с оглядкой на общину, с учетом ее интересов и мнения выбирали князья соправителей: горожане могли внести существенные коррективы в личные планы и родственные счеты князей. В 1150 г. «кияне» говорят вошедшему в город Изяславу Мстиславичу: «Гюрги вышелъ ис Киева, а Вячеславъ седить ти в Киеве, а мы его не хочемъ»[2296].Услышав это, Изяслав заставил своего «отца» убраться из Киева[2297].Когда же через несколько лет Вячеслав позвал в Киев для совместного княжения Ростислава Мстиславича, то, как явствует из летописи, фактически данное решение принимала киевская община: Ростислава «посадиша...

князем Александром Всеволодовичем Летописец, пропуская все подробности тяжелого для волынских князей испытания, тем не менее, не скрывает спасительную роль в их судьбе Мстислава Удалого: «Не бе бо има (Даниилу и Васильку. —А.М.)помощи ни от кого же, развее от Бога, дондеже приде Мьстиславъ с Половци»[2263].Последний имел все основания рассчитывать на ответную помощь в предстоящей схватке за Галич. Однако Даниил, занятый своими делами, явился с небольшой дружиной, уже когда Мстислав праздновал победу: «Данилови лее приехавшю в мале дроужине с Демьяномь тысячкымъ, не бе бо приехалъ во время то, потом же приеха Данилъ ко Мьстиславоу»[2264]...

битвы, спасаясь бегством: «преже всех перебеже Днепр» и «лодьи посещи»[2229].Некоторые исследователи называют «удалого» князя главным виновником тяжелого поражения русских войск, гибели множества князей и «воев»[2230]. Крайне негативно воспринимали галичане постоянное использование Мстиславом в собственных целях половецких наемников — злейших врагов Руси. В период борьбы за Галич князь «наводил» половцев, чинивших «великое зло» земле: «…они же (половцы. —А.М.)бишася у града (Галича. —А.М.)половину дни и разыдошася по земли воевати, и много зла створиша, городы и села пожгоша, и, многь полонъ вземьше...

управлять Звенигородом[2189].Глеб Зеремеевич — галицкий воевода, предводитель галичан в ряде важнейших сражений, решавших судьбу земли[2190]. Нельзя сказать, что названные бояре служили какому-то определенному князю и благодаря этому занимали высокое общественное положение: мы видим их то с Игоревичами[2191],то с венгерским королевичем Коломаном[2192],то с Даниилом[2193],то с Мстиславом[2194],то с другим королевичем Андреем[2195],наконец, опять с Даниилом[2196],— т. е. с тем правителем, которого в данный момент поддерживала община. Менялись князья, но на протяжении многих лет неизменным оставалось политическое положение бояр, если таковые сохраняли доверие и поддержку общины...

соответствующим соглашением, либо уверенностью, что слабый и беспомощный князь не представляет сколько — нибудь серьезной опасности. Беспомощность Мстислава нетрудно будет понять, если учесть, что инициатива венгерского похода, имевшего целью заменить его молодым королевичем Андреем, исходила от одного из видных галицкого бояр Семена Чермного[2155]и, несомненно, отвечала общему негативному отношению галичан к прежнему князю. Последний был вынужден в очередной раз взывать о помощи к Даниилу: «Не отстоупаи от мене», — и только получив его поддержку, — «о ном оу же рекшю: "Имамъ правдоу во сердци своемь!"»[2156], — почувствовал себя более уверенно...

русских князей с татарами на реке Калке (1223 г.)[2125]среди главных участников значится и галицкий князь Мстислав. Но в отличие от остальных князей; шедших во главе своих полков — киевлян, черниговцев, смолян и «инех странъ», Мстислав вел за собой не галичан, а галицких «выгонцев». Об этой разнице летописец говорит достаточно выразительно: «А Куряне, и Трубчяне, и Путивлици, и киждо со своими князьми придоша коньми, а выгонци Галичькыя придоша по Днепроу»[2126]. Сообщение о «выгонцах», как полагают исследователи, вошло в состав летописной статьи о Калкском побоище из Галицкого или Волынского...

удовлетворить боярскую оппозицию, чтобы не возбуждать мятежей, подавлять которые он не имел сил и средств. Поэтому он часто шел на уступки боярской оппозиции, хотя иногда это противоречило не только его собственным интересам, но и интересам населения Галицкой земли»[2093]. В основном приведенные высказывания характеризуют внутриполитическую ситуацию в Галиче в трех отношениях. Во-первых, слабостью и даже полной беспомощностью княжеской власти, представленной правителем, удачливым в военных делах, но лишенным государственных дарований и чересчур простодушным[2094].Во-вторых, мощным всплеском...

их возвращают владельцам, а не изгоняют за пределы земли[2070].Целый ряд деталей повествования (в частности, наличие у «холопов» своих сел, городов и крепостей) приводит исследователя к выводу, что в данном случае подразумевается выступление против новгородцев какого-то ранее подвластного им племени, платившего дань и выполнявшего другие повинности, что первоначальной основой Сказанияявлялись межплеменные или межобщинные столкновения[2071].Таким образом, «холопами», завладевшими имуществом и женщинами новгородцев, скорее всего, могли быть какие-то жители Новгородской земли, пытавшиеся освободиться из-под власти волховской столицы...