Мурад Буканов

– Не знаю. Я даже об этом его не спросил. Капитан Гьята уже устал удивляться собственному легкомыслию. Кажется, он начинал сердиться, понять бы только на кого. Не на меня же, в конце-то концов! – Идите спать, капитан, – посоветовал я. – Все хорошо, что хорошо кончается. И знаете что? Пожалуй, вам действительно не стоит выходить завтра из дома. Ну его, от греха подальше. Вдруг это действительно было наваждение? Вот уйдет эта «Тобиндона», тогда – пожалуйста… Я правильно запомнил название? – Правильно. – Отлично. Значит, вы договорились собраться завтра на закате. Кстати, где именно? Порт большой...

На пороге появился высоченный бородач в темном лоохи. – Капитан Гьята! – изумился я. – Ну конечно, я мог бы догадаться, что это именно вы. Этот ташерский капитан болтался в Ехо уже почти два года, и, честно говоря, по моей вине. В свое время мне довелось спасти его от смерти. Это вышло почти случайно – в ту пору я обычно не понимал, что, как и зачем делаю. Но капитан Гьята отнесся к этому событию крайне серьезно. Он втемяшил себе в голову, что обязан отплатить мне чем-нибудь равноценным. А поскольку у меня не хватило фантазии придумать для него какое-нибудь соответствующее поручение, бедняге пришлось поселиться в Ехо...

Я наконец-то отвел взгляд от сэра Кофы и обернулся к сестричкам: – Ну что, я правильно обрисовал ситуацию? Наконец-то они улыбались. Очень робко, почти незаметно, зато все трое сразу. Это был настоящий триумф. Именно чего-то в таком роде я, вероятно, и ждал всю жизнь, так что теперь, в случае чего, можно спокойно укладываться в гроб. Звездный час у меня уже был. – Хорошо, что вы улыбаетесь, девочки. Это и есть кратчайший путь к моему сердцу, если эта дурацкая мышца вам зачем-то нужна. И потом, мы с вами действительно влипли в смешную историю, так что относиться к ней надо соответственно. Брак вообще...

– Еще бы ему до меня не добраться. Моя грудь и есть то самое дивное место, на котором он в свое время пригрелся. Ты мне вот что скажи: ты занималась этим делом или решила не забивать голову всякой чепухой? – Если честно… – Кекки виновато вздохнула. – Я собиралась, Макс. Но у меня совершенно не было времени. Знаешь же, что творится у нас в полиции: куча незаконченных дел и еще больше законченных идиотов, которые не дают мне закончить эти самые незаконченные дела, – тьфу ты, я совсем запуталась! А в свободное от службы время… Видишь ли, у меня сейчас не тот период жизни, когда очень хочется взять работу на дом, поскольку все равно больше нечем заняться...

– Куруш, я собираюсь ненадолго отлучиться, – сообщил я. – Так что теперь на тебя вся надежда. – Твое «ненадолго» – это до утра? – невозмутимо поинтересовался буривух. – Ни в коем случае. Мое «ненадолго» – это и есть самое настоящее «ненадолго». И много-много пирожных в придачу. – Смотри, только не забудь, – сонно согласился Куруш. Хвала Магистрам, договориться с этим прожорливым умником легче легкого. Я поманил за собой Друппи, и мы покинули Управление Полного Порядка. Я обожаю это заведение, работа в Тайном Сыске кажется мне сплошным непрерывным праздником, но все-таки больше всего на свете я люблю тихонько смыться со службы в рабочее время...

Смех смехом, но когда я открывал дверь Зала Общей Работы, мне хотелось зажмуриться и заорать: «Джеронимо!» – на манер американских десантников, сигающих с небес навстречу неизвестности. Меня не покидало ощущение, что я с головой ныряю в иное измерение, в некий невероятный мир, логика которого допускает активное присутствие генерала Порядка Бубуты Боха на территории Тайного Сыска, а значит – вообще все, что угодно. Впрочем, в Зале Общей Работы царила настоящая межведомственная идиллия. Сэр Мелифаро, одетый в ослепительно-бирюзовое лоохи, торжественно передавал в объятия возбужденного Бубуты полдюжины...

Я усмехнулся. Слышал бы его сейчас редактор «Королевского голоса»! Впрочем, как раз он-то наверняка не стал бы удивляться. В юности, задолго до того как заделаться повелителем столичной прессы, сэр Рогро Жииль успел поработать астрологом, так что у него имеется отличный фонарик, чтобы освещать потемки в закоулках душ своих многочисленных подчиненных. – Ладно, кто же в таком случае ведет себя неприлично? Твои коллеги или еще кто-нибудь? – Мне уже стало интересно. – Ай, какое мне дело до всех этих крестьян от бумаги! Андэ продемонстрировал нам с Теххи великолепную брюзгливую складку у рта, презрительный прищур и надменный профиль – именно в такой последовательности...

Первые несколько минут у меня ничего не получалось. В голову лезли несвоевременные мысли о недопитой камре. Потом я стал думать, что неплохо было бы закурить. Кроме того, рядом крутилась Теххи, не обращавшая никакого внимания на мои мистические штудии, и меня здорово подмывало поймать ее за ногу. Ценой невероятных усилий я разогнал обрывки нелепых мыслей и ухватился за единственную, правильную и полезную: БИБЛИОТЕКА! Рука снова послушно онемела. Я изо всех сил пытался представить себе, как я лезу на стремянку, чтобы достать книгу в ярко-красном переплете с самой верхней полки. А потом из моих...

– Ну уж нет. Хватит с меня на сегодня прекрасных леди, мрачно глядящих в собственное будущее, – заявил я, сползая со стойки на свой любимый высокий табурет. – Поверь мне, этого красавца ждет его личная спальня и пара дюжин слуг, жаждущих наполнить его кормушку. Все равно им больше нечем заниматься. А что касается моих жен, ты вполне могла бы приспособить их к делу. Это трио будет великолепно смотреться за твоей стойкой, а мы наконец-то отправимся в отпуск. Заодно можешь поднять цены. Насколько я знаю, столичных жителей еще никогда не обслуживали три совершенно одинаковые чужеземные царицы сразу...

– Мало ли, что у меня с ним было, мало ли, что будет! – Она нетерпеливо махнула рукой. – Алотхо – удивительное существо, он вскружил мне голову, и все такое, это правда. Но страсть – это всего лишь страсть, Макс. Мы с тобой оба прекрасно знаем, что человек вполне способен сказать «нет» своей страсти, и это не значит, что его жизнь пошла прахом. Неужели ты думаешь, что я так мучаюсь только потому, что… – Извини, – виновато улыбнулся я. – До настоящего момента именно так я и думал. Глупо, да? – Да нет, не то чтобы так уж глупо. Но, на мой вкус, чересчур романтично. К моему величайшему удивлению, у Меламори заметно улучшилось настроение...