Звенья

Шила вышла на связь через день. Все это время мы с Краппсом пытались найти причину немного странного поведения компьютера. Все найденные нами затирки мы устранили. Оптимизацию системы в этой связи компьютер сделал самостоятельно. Странность наблюдалась в том, что производительность компьютера скачкообразно повышалась при включении в систему очередного пользователя. Краппс не являлся спецом по вопросу включения в систему, как и я, но мы перерыли горы информации на эту тему. Нигде не упоминалась такая особенность. В конце концов, я решил просто тупо изучить всю имеющуюся к компьютеру данной версии информацию, как спецификацию, так и рекомендации производителя...

- Крайговский? - удивился Краппс, - вот бы поглядеть. А большой он был? - Больше нашего, у нас на борту даже штатный бот был и два "левых" истребителя, - сказал я, унесясь воспоминаниями к "Ботанику", Светлане и Санычу. - Ты же сказал, что это разведчик был, - видимо тема захватила Крапппса, - а укомплектован он, похоже, как легкий крейсер? - Краппс, дружище, это же совсем другая машина была, - ответил я. - Давай не будем сравнивать, там и задачи совсем другие ставились. - А ты там тоже штурманил? - спросил Краппс. - Экипаж большой, наверное, был? - Я был капитаном, - усмехнулся я, подумав, добавил, - экипаж был из четырех разумных...

- Хорошее предложение, - согласился хозяин. - Я, пожалуй, еще немного накину цену. Ваш товар хорош, а цена на металл рано или поздно поднимется. Как вы хотите принять оплату? - Как вам будет удобнее? - спросил я. - Мне бы не хотелось таскать много наличности, других вариантов у меня нет. - Банковская расписка? - спросил хозяин, показав мне какую-то карточку. Поскольку я не знал что это, хозяин взялся пояснять, показывая наглядно, о чем идет речь. Я понял, что своего рода карточка банка на предъявителя. То есть на карте лежит определенная сумма денег, которая может быть снята или пущена на оплату совершенно любым лицом...

Как известно, волка кормят ноги, шпиона - уши, ну а блудную женщину - сами знаете. Мне больше всего подходила роль шпиона. Вот я и пошел бродить по центральным проходам-улицам в поисках информации. Сильно осложняло дело то, что я хоть и имел возможность смутно понимать, кто и что говорит, но вот читать не мог совершенно. Приходилось тупо пялиться в витрины, если таковые попадались, и заходить в различные лавочки. Причем, видимо, состояние моей брони и кейс в руке сразу делали меня в глазах продавцов "жирным" клиентом. Мне предлагали всякую галиматью, уверяя, что это самая лучшая в своем роде галиматья...

Сколько я проспал, не знаю, проснулся, скажем, к обеду. У меня имелись внутренние часы, каким-то образом интегрированые в БМКП, но не имелось смысла измерять время и следовать какому-либо распорядку. Есть не хотелось, а душу продолжала грызть большая зеленая жаба, за это время, как оказалось выросшая размером с приличного жабьего дракона. В этом состоянии я сделал шаг, который, возможно, все равно сделал бы, но значительно позднее. Я переместился в отсек с каютами экипажа. Памятный мне коридор с нишами по бокам стен, где на базе системы Надежда на меня ополчились лазерные орудия, встретил меня тишиной и пылью...

Пока "палатка" подстраивала температуру и влажность, я уплетал сухой паек. Наверное, я жутко оголодал, потому что мне без каких-либо угрызений совести удалось слопать полтора суточных пайка. Объедаловка закончилась слипающимися глазами. В "палатке" имелись в наличии коекакие удобства, но, в принципе, спать можно было на матрасиках и голышом, чуть повысив температуру воздуха. Я снял броню и принял водные процедуры. Нормальным душем назвать это едва ли стоило, более всего это походило на паровую баню. И все же я себя почувствовал бодрее. Спать хотелось жутко, но я так и не смог уговорить себя лечь без брони, наверное, я просто чувствовал себя неуютно на чужой территории...

Среди прочих вещей оказалась малая исследовательская мобильная станция, которая обычно использовалась первопроходцами на планетах с чужой атмосферой, но слишком неагрессивной флорой и фауной. По большому счету, это оказалась герметичная трехкомнатная палатка со шлюзом и камерой дезинфекции, одновременно служившей душем и туалетом. Среди вещей я нашел две запасные батареи и четыре коробки различных пуль для моего "дракончика". Еда оказалась представлена армейскими сухими пайками, которые Светлана утащила где-то на военной базе в Европе, а так же четырьмя солидными пластиковыми емкостями с водой каждая объемом литров под пятьсот...

- Зачем же тогда были сделаны "предбанники" во множестве встречавшиеся по всему комплексу? - подумал я, чуть позже ответив самому себе. - Да мало ли зачем, "метрушникам" виднее. Не все же столь разумны и ментально сообразительны, как я. Достигнув конца тоннеля, запечатанного "дверью" из текучего камня, я остановился и задумался. Снаружи могло находиться все, что угодно. Я не знал, на какой планете находится эта станция космополитена. Способ узнать наверняка нашелся бы, потрать я на это больше времени. Вполне мог случиться вариант, что за дверью меня встретит раскаленная лава. Думать под дверью показалось мне бессмысленным, нужно было или туда, или обратно...

Почему-то я сразу поверил, что это и есть зал приемов жилища главного режиссера этого театра. Когда я хотел попасть в этот зал, то не совсем понимал, чего я жду от этого визита. Сейчас же пришло время подумать об этой цели. Слегка нервничая, я протиснулся и уселся в рабочую нишу-ванночку. Тут же постамент, обрамленный перилами, охватила небольшая светло-голубая полусфера какого-то поля. Подождав с минуту и поняв, что убивать или пленить меня никто не собирается, я попытался устроиться поудобнее для серьезного разговора с местным управляющим. Места внутри углубления с лихвой хватило, чтобы сесть, правда, я не смог бы сказать, что оказалось удобно...

Поскольку зал "прибытия-отправления" я осмотрел довольно хорошо, настало время прошвырнуться по всей станции. Я с подозрением смотрел на транспортную нишу. Ниша сияла практически девственной чистотой, в ней отсутствовала даже сама мысль о пыли. Это напомнило мне о моей последней экскурсии по помещениям станции, чуть было не окончившейся для меня трагично. Вместе с этой пришли и другие мысли. К примеру, о том, что эти транспортные ниши могут быть не так просты, как мне показалось изначально. Сначала я думал, что они являются своего рода скоростными лифтами, но скорость переноса натолкнула меня на мысль, что работают эти "кабинки" по какому-то варианту передачи материи...

- Пока не могу сказать, но состав воздуха близок к земному, - ответила Светлана. - Кое-какие примеси, но, в общем, должен подойти. Тяготение не могу точно распознать, установка выключена, по косвенным данным, немного ниже земного. Думаю, можно будет смело к нам переселить. - Что с кораблем будем делать? - спросил Саныч. - Вариантов два, - ответил я. - Или уничтожить, или выменять на него информацию у местных уларсу. Мы не можем им передать наши технологии. Но этот корабль принадлежит воюющим с ними пиратам, который уларсу вполне могли и сами захватить. Пусть прорыв в "гиперпространственных" двигателях сделают...

- Она совсем голову потеряла бы, - сказала Светлана. - Зато тело на месте осталось бы, - огрызнулся я. - Сообщи, если еще сюрпризы будут. Альсс была слегка возбужденной, но не испуганной, что меня сильно удивило. Минут десять я объяснял ей, что был бой с пиратами, но теперь все в порядке. Я отавил нашу гостью и двинулся в сторону поврежденных отсеков, на всякий случай развернув скафандр. В поврежденных отсеках кипела работа. Практически вся герметизирующая пена уже "растаяла", переборки затягивались, выпуская наплывами "смолу", которая постепенно разравнивалась, становясь однородной. Во всех отсеках к этому моменту атмосфера оказалась восстановленной...