Антон Тами

Вон мой дом, поднимешься на второй этаж и позвонишь локтями в звонок. — Приду с удовольствием. А зачем звонить локтями? — Но ведь ты же с подарками придёшь? Одесский дворик: — Абрамчик, сынок, иди домой кушать! Я уже покушал у Тараса! — Ой! Таки у меня не сын, а золото! Шёл еврей на улице и нашёл деньги. — Повезло! Пересчитал, а не хватает. — Таки не повезло. Интересно, почему всех денег заработать нельзя, а пропить можно. Жена говорит мужу, — Дорогой ты давно не говорил мне три заветных слова. Что же я тебе не говорил? — Я тебе куплю...

Потому, что можно заснуть пьяным на улице и не умереть. Жена — любовнику: — Давай, быстренько лезь в шкаф — муж идет! Да ведь я там задохнусь! — Давай, давай — быстро! Еще никто не задохнулся! Последний раз такое холодное лето было в год смерти Сталина. Это обнадеживает. Старая фея опять все перепутала. После двенадцатого удара часов принц превратился в хромую, облезлую крысу. И только Золушка совсем не изменилась, она стояла в сторонке и каждую минутку нервно поправляла корону на своей тыкве. Циля,...

Никогда ещё уязвимость в моей жизни не сочеталась с такой болью и страхом. А ещё трагичнее, что это боль касается и моих детей. Я иду на детскую площадку, как на голгофу. Там сидят такие же матери, как я, они все по-разному обходятся с этой своей социальной обнажённостью. И если там я рискну сказать, что мне плохо или я растеряна, меня в лучшем случае закидают советами, а в худшем – тапками. Общество требует от меня, чтобы мои дети не отсвечивали, не кричали, не мешали и вообще, чтобы их не было заметно...

настрочила на листке из блокнота: «Дорогой дедушка Мороз! В этом году я очень много работаю и совсем не нахожу места для красоты и отдыха. У меня сорвался отдых в Крыму с ребенком и выходные в Париже с собой. Пожалуйста, можно я в 2018-м повидаю какое-нибудь счастье? Очень подойдет Кельнский собор, дедушка!». Надо отметить, что из Петербурга дешево улететь можно… никуда. Ну ладно, в Москву можно. А в Европу нельзя. В Европу от нас можно улететь либо дорого, либо очень дорого, либо с большими пересадками, часов так на 18 в Бангкоке...

Однажды ребенок застал меня за написанием письма деду Морозу. Ребенок был соседский, — жила я тогда в 10-комнатной коммуналке с 17 соседями. Да, это Питер, у нас еще и не то бывает. А письмо было самое настоящее, в Великий Устюг. На дворе был конец ноября, потому что я эти письма обычно составляю заранее. — Что это вы делаете, Таисия? — спросил ребенок. — Пишу письмо деду Морозу, — честно ответила я. — А это зачем? — опасливо покосившись на листок бумаги, уточнил ребенок. — Как зачем? — удивилась я...