Яна Кулаковская

В копании могилы было что-то символичное. Почти сутки назад он вытаскивал раненого бойца из тайника, катил на тележке, и теперь проделывает подобное с точностью до наоборот. Круг замкнулся, и это совсем не нравилось Айсбергу. Похоже, он не избавился от проклятия. Неудачи продолжали сыпаться на него градом вместе с ненавистными дождевыми каплями. Вооружившись сапёрной лопаткой, Айсберг отошёл метров пятнадцать от привала и воткнул сапёрку в грунт. Копалось легко: острая лопатка без труда врезалась в рыхлый чернозём. Докапывал он уже в сумерках насилу, пугаясь от собственного шороха и хлюпающей жиже, которая сочилась из стенок...

Сталкер вздохнул и попробовал ему дать воды с бутылки. Половина пролилась обратно, потекла по бороде. Он отыскал в распотрошённой аптечке ампулу с противостолбнячным препаратом и вколол ему в ногу. К этому времени закипела вода в котелке. Айсберг со знанием дела покрошил туда гороховый концентрат, добавил сушёного мяса, специй и уменьшил огонь. Вспомнив, что он наглотался болотной воды, сожрал две таблетки от радиации и также ввёл себе сыворотку от столбняка. Дождь не заканчивался. Нудная, монотонная моросячка наводила на дурные мысли. К этому времени сталкер основательно подкрепился гороховым супом с мясом, съел шоколадную плитку с чаем, и выкурил сигарету...

В ответ Зона окатила грубияна мелким дождём и налетевшим порывом ветра. Продрогший Айс совсем упал духом. Мокрый, голодный, он мечтал о топчане и глотке горячего чая. Вместо всего этого его поджидало очередное болото со всеми причиндалами. И один недотруп. Твёрдая земля нашлась в двадцати метрах от места высадки на поросшем чахлыми сосенками пригорке, куда так и не добралась Припять. Обрадовавшись, Айсберг перетащил туда барахло с лодки. Затем, отдохнув пару минут, взялся за бедолагу наёмника. Кое-как, волоком, падая, он дотянул до пятачка с деревцами бездыханное тело, где и бесцеремонно бросил...

Айсберг задыхался от холода. Ледяная вода норовила поглотить его с потрохами, просочиться через плотно сжатые зубы в рот, вынудить потратить последние силы на сопротивление стихии. Напрасно он взмахивал руками, пытаясь выцарапать жизнь у речной сущности: она цепко схватила его за горло и увлекала за собой на дно, в вечную темноту. «Сдавайся, Айсберг! Ты мой!» — странный шёпот доносился до него сверху, с поверхности, пробиваясь даже через толщу воды. «Иди на хрен!» — пытался ответить сталкер, слабея с каждой секундой нешуточной борьбы с угрозой. И вот когда остатки воздуха иссякли, и он понял, что не в состоянии выплыть самостоятельно, Айс очнулся...

Нестор понимал, что шансы завалить двух особей у них были. Меткий выстрел из СВД и очередь из калаша недотёпы прервали бы «гуляние» вдоль обожжённого пятна мохнатых зверюг, если не одно «но». Молчун упирался и не хотел палить по лесным хищникам. Его автомат свисал с руки. Да и Нестору не позволял. С другой стороны, Варяг в прошлом слыл знатным охотником. И повадки волков знал не понаслышке. Он не станет поднимать панику по пустякам. Чай, не мальчик. Так что же тогда беснуется? Волки дошли до пожарища вместе. Они шли вальяжно, будто на прогулку, и, понятное дело, не боялись людей. Затем один из них взял курс влево, второй — вправо, и принялись обходить их с двух сторон...