Тимофей Лазуровский

Встреча с Андре вызвала у Сергея множество чувств, и пришли воспоминания о его командировке, как раз перед распадом СССР… Господи, как же это все было давно! В любом случае, настрой на спокойное лицезрение картин пропал. Надо было бы осмыслить последнюю встречу и решить, насколько ему удалось не ввязаться в вечную игру спецслужб. Или это иллюзия, что он вообще был вне игры? Что-то все получается не так, слишком все просто и в тоже время, его не покидает ощущение, что все слишком-слишком сложно. А разгадывать многоходовые комбинации специалистов спецслужб — это не самый сильный конек Сергеева, ему своей работы хватало...

— Вам не кажется, что вы выбрали весьма символичное полотно: тогда со смерти Марата началась смерть французской революции. А наша первая встреча совпала с началом смерти Советского Союза. Помните? — Да, Андре, помню. — Странно, вы подцепили меня тогда именно на идеологии. Сыграли на том, что Россия переживала плохие времена. — Андре, я сейчас в отставке. — Вот как? — Да, мой приезд не связан ни с вами, ни с вашими теперешними связями и работой. Мне не известно об этом ничего. — Вот как? — Мой переход из КГБ СССР в СБУ был непростым переходом. Все связи я оставил в России. Докладная записка о моей...

В музее его интересовали работы импрессионистов. Из всех направлений искусства последних двух веков импрессионизм больше всего нравился Сергею. Как-то так получилось, что его взгляд на мир в чем-то совпадал со взглядом импрессионистов, а из всех импрессионистов ближе всего по духу к старине Сергееву был Анри Матисс. Это было хорошо, что сейчас только начало двадцать первого века и импрессионистов не успели перевесить в музей классического искусства. Из всех этих художников Сергеева больше всего восхищал Матисс. И не потому, что увлекаться западными художниками было какое-то время модно, нет, просто Сергеев видел, в какой силой передает этот человек окружающий мир...

Этим же такси Сергеев перебрался на банковскую улицу, где, как вы понимаете, находится Национальный банк государства Бельгия, осмотрел громаду гражданского благополучия в этом благополучном, более чем, государстве. Впрочем, по Бельгии мировой финансовый кризис тоже ударил, вот только не было такого жуткого ажиотажа в связи с этим грозным ударом. Нацбанк делал свою работу, правительство — свою. А присутствие королевской власти дарило надежду на то, что к худшему ничего не изменится. Впрочем, Сергеев понимал, что этот взгляд является просто беглым взором стороннего и совершенно равнодушного наблюдателя, коим, он, собственно говоря, и является, а потому, ошибочен...

На сегодня у Сергея было запланировано множество дел. Самое важное из них он решил совместить с самым интересным. А самым первым — второстепенное, которое, по возможности, совместить с самым главным. Уф! Запутанно? А вы думаете, сам Сергей Сергеевич сразу сумел во всем этом разобраться? Нет! Он только выстроил приблизительный график событий и последовательность действий. Но расчет по времени не осуществлял. Не зная города невозможно ТОЧНО вычислить временные отрезки, отпущенные на каждое дело, но вот выстроить приблизительный оптимальный график Сергеев мог самостоятельно, не подключая к сему никакой компьютерной программы...