Евгений Стрекаловский

Но при этом не все сказано о Трех ступенях лестницы. Ибо вы должны учитывать, что когда на крыше Большого дома Смоланда идет дождь или когда там тает снег, воде разрешается куда-то уходить, а затем, конечно, некоторые спускаются по большой лестнице. Вначале она, вероятно, текла по всей лестнице, какой бы широкой она ни была, но потом в ней появились трещины, и в конце концов вода привыкла стекать в какие-то хорошо обработанные борозды. А вода есть вода, что бы вы из нее ни делали. У него никогда нет покоя. В одном месте он копает, напиливает и уносит, а в другом добавляет. Эти борозды прорыли его...

Он прошел мимо почты, а потом подумал обо всех газетах, например, о том, в какой день приносят новости со всех четырех концов света. Он так любил аптеку и резиденцию врача, думая, что сила людей так велика, что они могут бороться с болезнями и смертью. Он пришел в церковь и подумал, что люди воздвигли ее, чтобы они там могли услышать о мире, отличном от того, в котором они жили, о Боге, воскресении и вечной жизни. И чем дальше он туда заходил, тем больше ему нравились люди. Это так с детьми, чтобы они больше не думали, чем носа хватит. То, что ближе всего на их пути, они подскажут иметь, не заботясь о том, чего это может им стоить...

Это был первый дождливый день во время поездки. Пока дикие гуси оставались в районе Вомбшена, у них была прекрасная погода, но в тот день, когда они прибыли на север, начался дождь, и в течение нескольких часов мальчику разрешили сидеть на спине гуся, промокшего и дрожащего от холода. Утром, когда они уходили, было бы ясно и спокойно. Дикие гуси летели высоко в воздухе, равномерно и без спешки, в строгом порядке, с Аккой во главе и остальными в двух косых рядах позади нее. они не успели вовремя призвать зло к животным на земле, но так как они не могли вести себя совершенно тихо, они постоянно, в соответствии с законами крыльев, выкрикивали свой обычный зов: "Где ты? а вот и я...

Во время путешествия была сделана только одна остановка, и это было, когда Акка на озере Вомб присоединился к попутчикам и крикнул им, что серые крысы побеждены. Затем путешественники полетели прямо в Куллаберг. Там они спустились на вершину холма, предназначенного для диких гусей, и мальчик, переводя взгляд с холма на холм, увидел, что над одним из них возвышаются пестрые рога цапель, а над другим - шеи серых цапель. Один холм был красным от лис, один был черно-белым от морской птицы, один был серым от крыс. Один был одержим черными воронами, которые постоянно кричали, другой - Жаворонками, которые не могли устоять на месте, но постоянно бросались в воздух и пели от радости...

И в гору, и выполнять все эти ущелья и скалы, ползая и ползая по ползучим растениям и разрывам. Там тоже растут деревья, но сила ветра так велика, что деревьям приходится превращаться в усики, те, что есть, чтобы удержаться на обрывах. Дубы стелются по земле, в то время как листва возвышается над ними, как переполненный свод, а буки с низкими стволами стоят в ущельях, как большие палатки из листьев. Эти замечательные каменные стены, а также широкое синее море за ними и мерцающий, свежий воздух над ними - вот что делает Куллаберг таким дорогим для людей, что огромные толпы людей поднимаются каждый день, пока длится лето...