Лаура Духанова

Можно, конечно, предположить, что Колеватов извлек нож в палатке, разрезал им скат, а затем бросил нож там же, в палатке. Предположение, разумеется, глупейшее, идущее вразрез с правдой жизни (как, впрочем, и все умопостроения «лавинщиков»), поскольку нормальный хозяин «номерного» ножа, т. е. зарегистрированного в отделе милиции, имея на поясе ножны, никогда не отложит нож в сторону и не забудет о нем. Он всегда помнит, что несет за эту «финку» ответственность, и притом серьезную, — до 5 лет заключения (вспоминаем цитированный выше текст ст...

А далее нападавшие потребовали от туристов сбросить ватные куртки и разуться, опять-таки с угрозами и бранью (всем, кто не ориентируется в туристском снаряжении той поры, подскажем, что «ватная куртка» (ватник) и «штормовая» (штормовка) — это разные детали одежды. Брезентовая штормовка надевалась поверх ватника для предотвращения намокания последнего в лучае таяния снега у костра. Поэтому сначала члены группы были вынуждены снять штормовые куртки с капюшонами, и лишь после этого должна была последовать команда снять ватники)...

Тяжелые и даже смертельные повреждения Тибо, Золотарева и Дубининой маскируют тот факт, что и эти участники похода имели сравнительно незначительные (или неопасные — скажем так) травмы. У Людмилы Дубининой был сломан нос плюс к этому — громадный кровоподтек на бедре правой ноги спереди (размером 10 х 15 см), а еще — повреждение кожи на темени, достигающее кости. Возможно, были и иные повреждения, да только Возрожденный к тому моменту уже старался их не особенно замечать (как тут не вспомнить про...

Поскольку соображение это довольно неочевидно, имеет смысл сделать небольшое отступление. Человеческий мозг устроен таким образом, что физическую боль испытывает сразу несколько его участков — это так называемый островок, таламус, сенсорный кортекс и поясная извилина Gyrus cinguli. Роль последней особенно важна — она отвечает за автоматическую регуляцию частоты сердцебиения и связанное с ним кровяное давление. Боль вызывает сбой в функционировании поясной извилины, и чем сильнее (и внезапнее) болевое воздействие, тем сильнее проявляется несбалансированность ее функционирования...

Важнейший элемент такого рода убийства, его специфика заключались в том, что жертва до последних минут не должна была понимать, какая же судьба ей уготована. Жертва должна была пребывать в уверенности, что через минуту-другую ситуация разъяснится, все проблемы будут успешно сняты и конфликт рассосется сам собою. Условие это соблюсти было совершенно необходимо, поскольку как только жертва догадается, что происходящее преследует одну только цель — ее убийство, то с ее стороны возникнет неизбежная активная оборона, а стало быть, и появление специфических ран...

Если кто-то из членов группы Игоря Дятлова обратил внимание на акцент незнакомцев и стал задавать по этому поводу вопросы, то такое поведение, безусловно, могло вызвать тревогу и даже панику явившихся на встречу агентов иностранной разведки. Не следует упускать из вида, что иностранные разведчики чувствовали себя «как на войне» — они находились на боевом задании во враждебном окружении, они сознавали, что рискуют всем, так что нервы у них были напряжены… Наконец, нельзя исключать и того, что сами...

Разумеется, все это голая теория оперативно-розыскной деятельности, мы не можем знать, что именно готовил Комитет иностранным агентам и какую дальнейшую судьбу должна была иметь операция, затевавшаяся на склоне Холат-Сяхыл 1 февраля 1959 г. Но все эти соображения надо держать в голове, если мы хотим правильно понимать поведение в той ситуации Золотарева, Кривонищенко и Колеватова, поскольку оно — это поведение — всецело диктовалось инструкциями их кураторов из Комитета. Для организации слежки за...

В те дни группа Сергея Согрина шла севернее «дятловцев» примерно на 330–340 км, а это расстояние фронт погоды преодолевает за сутки. Тот самый циклон, что описан в дневнике Виктора Малютина 31 января 1959 г., нес потепление и местами снегопад; в течение вечера и ночи он спустился южнее, к Отортену. В зоне его действия и оказалась группа Игоря Дятлова утром 1 февраля. Это предположение отлично согласуется и со снегом, слипавшимся под ногами «дятловцев», и с прогнозом погоды по Ивдельскому району...

Как бы там ни было, группа, поднявшаяся выше границы леса и начавшая было восхождение на Холат-Сяхыл, была вынуждена прекратить движение вперед и повернула обратно в лес. Об этом подъеме и возвращении назад нам известно достоверно из последней записи в дневнике Дятлова, датированной 31 января: «Постепенно удаляемся от Ауспии. Подъем плавный. Кончились ели, пошел редкий березняк. Вот и граница леса. Наст. Место голое. Нужно выбрать ночлег. Спускаемся на юг — в долину Ауспии. Это, видимо, самое снегопадное место...

Теперь, пожалуй, самое время остановиться на том, почему на склоне Холат-Сяхыл случилось то, что случилось? Какими факторами была обусловлена трагедия, имелся ли шанс ее избежать? Чтобы понять внутреннюю логику событий, необходимо определиться с моделью предполагаемых действий, запланированных в рамках операции «контролируемой поставки». Общая схема таковой операции излагалась выше — Кривонищенко нес в своем рюкзаке одежду, загрязненную изотопной пылью, с целью передачи явившимся на встречу агентам...