Сергей Костров

Робин кивнул и подумал, что бы сказал его «друг» из СС, если бы узнал, что истинный ариец из Страсбурга в действительности — еврей. И снова они отправились в турне по кабаре и барам Парижа. В одном из баров немец вдруг стал рассказывать о себе. Робин уже знал, что немец — выходец из Восточной Пруссии. Он был профессором, имел диплом инженера. Смеясь, немец сказал Робину, что его полный титул звучит следующим образом: «штандартенфюрер СС, профессор, доктор». В министерство промышленности и боеприпасов он был призван как инженер высокого класса. Рейхсминистр Шпеер послал его в Париж в качестве своего специального посланника...

«Конечно, майн фюрер. Раз вы — штандартенфюрер, с этого момента вы для меня — майн фюрер», — шутливо уколол его Робин. И с тех пор он игриво называл немца именно так. Несколько минут спустя немец возвратился уже в гражданской одежде, и парочка отправилась развлекаться. Ночь выдалась бурной. В три часа ночи Робин, потихоньку увиливавший от поглощения спиртного, с удовольствием заметил, что немец дошел до нужной кондиции. Он оттащил штандартенфюрера от группы девочек, которые пытались уговорить двух явно богатых посетителей остаться до утра, и повел его к штабной машине, в которой вот уже несколько часов дремал шофер...

Немец был в восторге. Через некоторое время двое мужчин ускользнули от знакомых и сбежали с вечера русской белой эмиграции, чтобы совершить тур по кабаре и барам на Елисейских полях. Когда они сидели уже в третьем заведении, немец по секрету сообщил Робину: «Это как раз то, чего я хотел. Хочу выразить вам мою самую сердечную благодарность, мой дорогой герр Вальтер. Кажется, вы сделаете мое пребывание в Париже очень увлекательным». Хотя немец и был очень осторожен в присутствии малознакомого человека, Робин заметил, что его спутник неуверенно держит в руке рюмку ликера. Вскоре немец спросил, не может ли Робин проводить его домой...

Высокообразованные, космополитичные и часто очень богатые члены этой общины были потомками испанских и португальских евреев, которые перебрались во Францию еще во времена испанской инквизиции. Многие из них, потеряв еврейские черты, не только не следовали вере отцов, но и во всем другом были уже совершенно не похожи на евреев. Потому-то их лидеры умоляли Робина, у которого, κέικ они знали, были хорошие связи с немцами, начать с оккупантами переговоры о том, чтобы исключить сефардских евреев из нацистского списка на депортацию и уничтожение. Хотя к тому времени Робин несколько сократил свои контакты с немецкими оккупационными властями, он все еще сохранял с ними неформальные связи...

По его мнению, шпионы действуют в корыстных целях, а Робин был великим разведчиком-любителем. За все время работы на Британию и союзников он не получил от них никаких денег, а потратил на разведывательные операции весьма значительную часть своего немалого состояния и никогда не требовал возмещения ему этих затрат. Он считал, что, работая на союзников, просто выполнял свои гражданские и национальные обязанности. Этот истинный джентльмен родился в Берне. Он был сыном швейцарца еврейского происхождения и матери — уроженки Эльзаса. Образование получил в Монтре, но в юношеском возрасте переехал с родителями в Париж, которому было суждено стать вторым домом в течение большей части его жизни...

Немедленно после речи Тэтчер в парламенте королева лишила Бланта рыцарского звания (дворянства), и он перестал именоваться сэром Энтони. Его лишили почетной степени доктора наук Тринити-колледжа, присвоенной ему в 1967 году, то есть три года спустя после того, как он сознался в своей разведывательной деятельности. Правительство Франции проявило большую снисходительность и не лишило его ордена Почетного легиона. Представитель правительства Голландии в специальном заявлении в ноябре 1979 года напомнил, что Блант был награжден голландским орденом королевой Джулиан за вклад в развитие англо-голландских культурных отношений и не будет лишен этого ордена...

Вплоть до 1951 года «кембриджским разведчикам» удавалось получать материалы о деятельности ашу лийской и американской разведок и контрразведок, в том числе о датах и местах заброски после войны агентов на территорию СССР, что дало возможность советским властям своевременно их обезвредить. Через агентов «пятерки», включая Бланта, наша секретная служба получила доступ к документам военного кабинета Англии и к переписке Идена с послами Англии в Москве, Вашингтоне, Стокгольме, Париже и Анкаре. Когда же стало известно, что Блант — советский разведчик? Первые подозрения возникли у английской службы безопасности еще в 1951 году, после бегства в Москву Маклина и Берджеса...

Блант был назначен советником короля, а с 1952 года стал советником королевы Елизаветы И. Это дало ему широкие возможности для встреч с видными политическими деятелями Англии и получения важной для Москвы информации. Блант много сделал для прикрытия, а затем и спасения других членов «пятерки», когда они попали в трудное положение. Когда в мае 1951 года возникла опасность ареста Берджесса и Маклина, именно Блант предупредил их о необходимости ускорить отъезд. Побег удался, причем не без участия Бланта. Центр опасался, что может открыться его сотрудничество с беглецами. Однако на предложение покинуть...

Переход Бланта на службу при королевском дворе не был инициирован советской разведкой, но оказался для нее очень полезным. Любопытно отметить, что, назначенный на этот пост в апреле 1945 года, Блант еще в течение полуго-да оставался в штате МИ-5. Быть может, Бланту необходимо было прикрытие контрразведывательной службы или, больше того, содействие? Король Георг VI и его мать королева Мария систематически переписывались со своими немецкими родственниками, и поэтому королева была частой гостьей в замке Хесс, который в 1945 году вошел в американскую зону оккупации. Королевская семья опасалась, что...