Виктор Жуковский

Здравствуйте, дорогие читатели

Так вот, согласно уже упомянутому мной приказу № 004, штабы истребительных частей должны были обеспечить с первых часов сражения непрерывное патрулирование не менее тридцати истребителей над нашими войсками, чтобы бомбоштурмовыми ударами воспрепятствовать попыткам немцев проломить дорогу своими танковыми клиньями. Про нашу группу было сказано мягко и обтекаемо: «Отдельной АУГ «Молния» в случае начала масштабных боевых действий перейти к выполнению ранее разработанного и согласованного со штабом воздушной армии плана». И все. Кратко и понятно. Как и принято в армии. Ну, перейти к выполнению – так...

А пятого июля, насколько я помню, должна будет начаться операция «Цитадель». Это у немцев «Цитадель» – у нас для первого, оборонительного, периода битвы на Курской дуге названия придумано, помоему, не было… Но напрасно я истоптал всю траву вокруг своего гамака в ночь на пятое июля. Не случилось наступления. Не было его и шестого… Что-то пошло не так. Или – наоборот? И именно так и надо? Ведь если у немцев задержка, о чем это говорит? О сбое их планов? О неготовности наступать? Значит, ход войны изменился? Да еще в нашу пользу? А ведь, пожалуй, так оно и есть! Как интересно-то, ребята! Как здорово-то! Теперь любой день задержки наступления немцев играет нам на руку...

Так я и знал! Никуда от него не деться! Не командарм прямо, а мальчишка какой! Черт с ним – пусть летит. Скажу только, что если разобьет он мне истребитель, сам будет все Верховному объяснять. А командарм не трус. Головой покивал – и: «Давай дальше, объясняй, что замолчал?» Я плюнул на все и обреченно махнул рукой. Сколько ни объясняй, все равно нужно подниматься в небо. – Давайте, тащ генерал-лейтенант, выруливайте на полосу. Только осторожненько, и мотор не перегрейте! А я на вашем за вами, хорошо? Одного я вас в небо не отпущу. И на первый раз – я вас умоляю! – никаких особых эволюций и фигур...

Офицер вновь закрутил телефон и забубнил в него. – «Волкодавы», вам разворот на 120 градусов. Цель в квадрате 27–40, высота свыше семи тысяч. Атака по готовности. Тарелка репродуктора зашипела и откликнулась, что все, мол, ясно и понятно. – Дежурного войск по охране тыла насчет парашютистов предупредил? – Так нет же еще парашютистов, товарищ капитан? – Сейчас будут… Так оно и произошло. Тарелка снова зашипела и молвила человечьим голосом: «Вижу его! Щас подойду!» – Передайте, чтобы особо не приближались! А то нарвутся еще на очередь! На этих разведчиках очень опытные экипажи летают. Настоящие мастера...

Наш набег на штаб воздушной армии, деловое и неформальное знакомство с командующим, ну и, само собой, привезенные из Штаба ВВС мандаты сделали свое дело. Вокруг нас только пыль закрутилась. На следующий день к нам на площадку на «спарке» прилетел полковник из штаба армии, я к нему подсел, и мы полетели смотреть новое, более удобное место для нашего размещения. Оказалось, что это действительно отличное место. Три маленькие рощицы неправильным треугольником стояли вокруг небольшого лужка. Место было – зашибись! Как раз для такой лилипутской авиачасти, как наша группа. Самолеты мы укроем под деревьями,...

Рядом с нашей точкой расположен населенный пункт Пузанок. Это даже не деревня – хуторок в степи. Три дома, восемь человек. Странно, что их еще не отселили. Вроде бы должны эвакуировать гражданское население. До Прохоровки километров тридцать пять – тридцать семь. Самая драка там будет, самое побоище. И авиация будет все в пух и прах долбать. Все и вся. Потому-то мы тут и подсели. Может быть – далековато? Ну, ничего. Начнутся бои – мы скакнем поближе. Найдем для себя полянкуто. Аэродром подскока, так сказать. А может, так и надо сделать, а? Децентрализацию? Рассадить звенья по разным площадкам – ведь замаскировать четыре самолета всяко проще, чем пятнадцать...

Хотя «лавочками» управляли очень опытные летчики, наша молодежь в конце концов перекрутила ветеранов. Новый мотор ВК-107 дал «Яку» такую свободу и мощь, что он сравнительно легко догонял «лавочку» на любом маневре и уверенно занимал положение для стрельбы, успешно проходя каскад фигур высшего пилотажа, с помощью которого летчики Центра пытались сбросить молодых с хвоста. Правда, следует упомянуть одну особенность нового мотора. Двигатель был особо строг по тепловому режиму. Летчику следовало очень внимательно следить за оборотами, чтобы не перегреть мотор. В одной из схваток так и получилось. Более...