Александр Богомолов

очередной рекорд смертности и продления нерабочих дней в россии за последние сутки от коронавируса умерли 1189 человек новых случаев заболеваемости 40000 443 больше было только раз это 31 октября на этом фоне регионе региона один за другим принимают решения о продлении нерабочих дней смоленская область до 10 числа курская челябинской области до 12 брянская до 14 томская до 15 1 напомню было новгородская область допускают проблеме о продлении и в республике коми в амурской и ульяновской...

Так я и живу. Завтрак - тренировка. Обед - тренировка. Ужин - обследование. Ночь - сон. У такого режима есть и свои преимущества, к примеру, я наработал приличную, по моим меркам, мускулатуру, прекрасно себя чувствовал и даже привык к «жутко полезным» синтетическим продуктам (меня, кстати, кормили ими в госпитале бесплатно). Если бы не скука. Я сам по натуре человек достаточно деятельный, и вот такая размеренность, несмотря на все оговорки, меня не устраивала. И перспективы вырваться из этого замкнутого круга никакой. Дело в том, что как показало обследование, в результате полученной мною термобарической травмы нейросеть стандартного образца мне установить невозможно...

Я уже второй месяц живу во флотском госпитале. У меня небольшая, но уютная комнатка с кроватью, визором инфосети и совмещенным с душем туалетом. Каждый день съедаю кучу протеинов и иду в тренажерный зал. Почему так? Да потому, что у меня удалено девяносто процентов жировых клеток, а две трети мышц заменены на искусственно выращенные. Последствия долгого пребывания замороженным в вакууме, где часть тканей моего организма просто разрушилась. Когда я окреп до того, что смог оглядеть себя, то увидел сморщившуюся мумию, - я испытал настоящий шок. Это потом мне объяснили, что тело мое для более успешной замены поврежденных тканей было дегидрировано...

А тут совсем другое дело, на территории этой империи рабство категорически запрещено, более того, каждый аратанец считает своим долгом при первой же возможности освободить кого-либо из рабов ненавистных аварцев. Естественно, доблестный патруль империи, увидав транспорт работорговцев, не мог его упустить… Однако не все так просто. Торговцы «замороженным мясом», а так работорговцев все, в том числе и они сами, называют, возьми, да и посбрасывай контейнеры с грузом, а сами убрались восвояси. И все бы хорошо, да вот несколько капсул низкотемпературного сна вывалились из этих самых контейнеров, видать, один поврежден был, а среди суматохи погрузки их никто и не заметил...

Проснулся я от того, что кто-то надо мной разговаривал. Причем разговаривал на совершенно непонятном мне языке. Глаза открываться совершенно не хотели, а остальные части тела я не чувствовал. При этом мысли мои текли совершенно спокойно, как будто во мне сидела лошадиная доза транквилизатора. Что, скорее всего и было правдой. Разумеется, я сделал вывод, что самолет при посадке грохнулся со всеми вытекающими из этого последствиями. А то, что тела не чувствую, так может и нет его теперь. Кто его знает, с того света никто еще не возвращался, чтобы рассказать. Но размышления мои были не долгими, как-то незаметно все поплыло, и я отрубился...