Валерьян Плещаков

– У Тони только одно слово. Я твой брат, – серьезно ответил туземец, крепко сжимая руку Томека. – Ты не выстрелишь в австралийца, как в дикого динго... – Ах, Тони! Я не мог бы выстрелить в человека. Даже в Картера. Я целился в него, но не мог спустить курок, хотя боялся его больше, чем тигра. – Я очень рад, что тебе не пришлось стрелять в Картера, – сказал Смуга. – Я предпочел бы отдать Картера в руки полиции. Он, наверное, понес бы заслуженное наказание, как понесут его компаньоны, которых мы передадим властям...

– Лежит связанный, – коротко ответил Тони. Вдвоем они подбежали к Томеку. Тот стоял, опираясь спиной о скалу, и судорожно прижимал к груди штуцер. Между Томеком и лежавшим неподвижно Картером прижался к земле Динго, готовый снова броситься на защиту своего хозяина. – Вот и все, Томек, уже все! – сказал Смуга, и, обращаясь к Тони, добавил: – Займись Картером. – Не надо, – лаконично ответил Тони. О'Донелл подошел к распростертому главарю шайки. Пощупав пульс, он сказал: – Черт возьми! Никак не предполагал, что можно куском дерева так ловко попасть в человека...

– Картер! Стой! Ни с места!.. – крикнул Томек. – Ни с места! Буду стрелять! Ей-богу выстрелю! Томек шаг за шагом отступал и, наконец, уперся спиной в отвесную каменную стену. Картер медленно шел за ним, вперив в него холодный взгляд. Он не испугался даже металлического щелчка предохранителя. Палец Томека уже был готов нажать курок. Как вдруг он скорее почувствовал, чем увидел у своих ног Динго, глухое, злобное ворчание которое перешло в протяжное завывание. Как только Томек узнал своего Динго, ставшего между ним и бандитом, в его сердце появилась надежда...

Чувствует, как от страха у него на голове волосы встают дыбом. В голове проносится молниеносная мысль. Он должен схватить штуцер. Патрон, Томек знает это, уже загнан в ствол, но сумеет ли он выстрелить в спящего? Нет, нет! Он не может этого сделать. Как вдруг раздался хриплый голос Картера: – Иди спать, щенок, не то скручу тебе голову как цыпленку! Томека пронзила холодная дрожь. Ведь О'Донелл убежден, что грозный бандит не сдержит данного слова. Что будет с...

– Не успеешь... Умоляю тебя, не выдавай нас безоружных этим... Позволь мне уйти, как подобает мужчине. Томек все еще колебался. Можно ли отказать в помощи золотоискателям, попавшим в тяжелое положение? При блеске угасающего костра Томек прочел в глазах старика мольбу о помощи, и увидел, что по его лицу, изрытому морщинами, катятся тяжелые слезы. Томек внезапно понял, что если он не выполнит просьбу старика, воспоминание об этих слезах будет преследовать его всю жизнь. Томек быстро принял решение...