Все о полезном

Часто я смотрел на какую-то фотографию или рекламный плакат, где изображено море и пальмы. Потом вздыхал и говорил, вот бы там оказаться. Иногда, даже эти желание сбывались. Ты устремляешься в направлении моря и проводишь даже там какое-то время. Но чаще всего, его катастрофически мало. Ещё эти мысли о необходимости скорого возвращения. Что деньги слишком быстро кончаются, а тебе ещё несколько дней отдыхать. Вот и борются в тебе два чувства. Вроде и отдыхать здорово, но и малодушное - скорей бы это все закончилось и обратно в своё родное болото - не отпускает...

Иногда я задумываюсь о смысле жизни. Если предположить, что мы приходим в этот мир не просто так. То есть ли какой-то глубинный смысл в нашем существовании? Пол года назад моя жизнь круто изменилась. И вроде сделали всё это вот эти самые руки. Но с другой стороны, оглядываясь назад, я понимаю, что этому предшествовала длинная цепь событий, спланировать которую и выстроить такую хитроумную комбинацию я точно бы не смог, да и вряд ли решился бы. Ураган событий прошёл, на некоторое время воцарился жизненный штиль...

Откуда у нас потенциальное желание всем угодить. Сначала родителям, потом воспитателям в детском саду и школьным учителям. А дальше работа и тут уже коллеги, а главное, начальник. Ну а если уж нас ещё и похвалят, так можно делать все что угодно. Что это, как говорят психологи «детская травма»? Я не думаю. Вспомним маленьких детей, ведь если они видят, что какое-то их действие вызывает бурную реакцию, они будут повторять это снова и снова, питаясь этим одобрением. Что уже говорить про взрослых...

Пока размышляла, вышел срок. Вот, ещё целых два: медлительность и неумение делать выбор. Победителем мучительных сомнений вышел тот недостаток, за который я чаще всего ругаю саму себя. Излишняя откровенность. Я очень открытый человек. Не скрываю то, что многие стараются спрятать или замять. Считается, что лучше не посвящать посторонних в подробности своей жизни. Причем, не важно даже, какие. Молчим на тему всего, что в диапазоне от "Сор из избы" до "Счастье любит тишину" Я бы и рада следовать, — определенная мудрость в этом есть...

Про аскезы сейчас говорят все, от инфлюенсеров до астрологов. Я решила узнать, «в чем сила, брат?» и попробовать взять аскезу. Что такое аскеза? Это своего рода договор со вселенной, где вы предлагаете отказаться от чего-то или, наоборот, начать что-то делать на определённый период времени во имя исполнения конкретного желания. Скажу сразу, что сначала я решила вникнуть в тему и прочитала большое количество информации. На мой взгляд, лучше всего аскеза объясняется с точки зрения астрологии. Не...

– Почему все боги так любят, чтобы им поклонялись на высоте? – проворчал Каз. – Это люди стремятся к величию, – ответила Инеж, проворно прыгая рядом, словно ее ноги знали какую-то тайную топографию. – Святые слышат молитвы, где бы их ни произносили. – И отвечают на них по настроению? – То, что ты хочешь и в чем нуждается мир, не всегда согласуется, Каз. Молитва и желание – это разные вещи. Но они в равной степени бесполезны. Каз проглотил свой ответ. Он был слишком сосредоточен, стараясь не разбиться насмерть, чтобы должным образом участвовать в споре. Они остановились на кончике безымянного пальца и осмотрелись...

Словно прочитав его мысли, Инеж сказала: – Я справлюсь со слежкой. Встретимся на острове. Черта с два. Ей не избавиться от него так просто. – С какой стороны ты хочешь подобраться к дому Ван Эка? – Начнем с Церкви Бартера. С ее крыши хорошо виден дом. Каз был не в восторге от услышанного, но все равно повернул их к Берсканалу и поплыл мимо Биржи и величественного фасада отеля «Гельдреннер», в котором, вероятно, громко храпел в своем номере отец Джаспера. Они пришвартовали гондолу рядом с церковью. Сияние свечей лилось из дверей главного собора, который оставляли открытым для посетителей в любое время, приветствуя тех, кто хотел вознести молитвы Гезену...

– Это может подождать. – А я говорю, что нет. Сходи в Геменсбанк. Там ты увидишь мое имя в верхнем углу ее контракта, а это значит, что я диктую, куда она пойдет. – Понял, сэр, – ответил Каз. – И как только я найду ее, то дам ей знать. – Она прямо… – Хаскель запнулся и открыл рот от удивления. – Она была прямо здесь! Каз едва подавил улыбку. Пока Пер Хаскель бушевал, Инеж просто растворилась в тени и бесшумно взобралась вверх по стене. Старик осмотрел проулок и поднял взгляд к верхушкам крыш, но Инеж давно и след простыл. – Верни ее обратно, – гневно прорычал Хаскель, – сейчас же! Каз пожал плечами...

Каз невольно вспомнил, как Джеспер точно так же торговался со своим отцом, и эта мысль ему не понравилась. Пер Хаскель никогда ни о ком не заботился, кроме себя и следующего бокала с выпивкой, но ему нравилось считать себя патриархом большой семьи с преступными наклонностями. Каз мог себе признаться, что привязался к старику. Он дал ему место, с которого можно было начать, и крышу над головой – даже если это Бреккер сделал так, чтобы она не протекала. Старик поддел пальцами карманы жилета. Он устраивал представление, делая вид, что обдумывает предложение Каза, но жадность Хаскеля была надежнее, чем точно заведенные часы...

Каз пришвартовал лодку у небольшого пешеходного моста, и они с Инеж заняли свои места в тени и стали ждать, в абсолютном молчании, что неудивительно. Меньше чем через двадцать минут в свете фонарей у входа в проулок появился мужской силуэт с дурацким пером в шляпе. Каз дождался, пока мужчина подойдет совсем близко, прежде чем выступить вперед. – Хаскель. Старик развернулся, доставая пистолет. Несмотря на свой возраст, двигался он довольно быстро, но Бреккер знал, что тот потянется за оружием, и был готов. Он быстро уколол кончиком трости плечо Хаскеля – достаточно, чтобы у того онемела рука. Хаскель закряхтел и выпустил оружие...

– Ван Эк наверняка многое поменял с тех пор, как мы украли Де Каппеля. – К тому же он знает, что Уайлен теперь с нами, – согласилась Инеж. – Где мы встретимся со стариком? – В «Костяшке». Они не могли перехватить Хаскеля в Клепке. Ван Эк наверняка держал штаб-квартиру Отбросов под наблюдением, а теперь, вполне вероятно, вокруг нее кружила и городская стража. Мысль о том, как эти неотесанные офицеры обыскивают комнаты и роются в его скудных пожитках, вызывала у Каза яростное покалывание по всей коже. Клепка не могла похвастаться роскошью, но он превратил ее из протекающей норы в место, где можно...

– Ты защищаешь свои инвестиции, – ответила она, и ее голос звучал почти смиренно. – Верно. – И ты уплываешь с острова. Его должно больше обеспокоить, что она может угадать его следующий шаг. – Ротти сказал, что старик становится нервным. Мне нужно пригладить его перышки. Пер Хаскель по-прежнему являлся лидером Отбросов, и Каз знал, что ему нравится эта должность, но не работа, которая шла к ней в довесок. Поскольку Каз так долго отсутствовал, дела банды пошли на спад. Кроме того, когда Хаскель становился дерганым, то любил делать что-то глупое, просто чтобы напомнить людям, кто здесь главный. – Нам стоит приглядывать за домом Ван Эка, – сказала Инеж...