Злата Кулакова

Как же хорошо дома! На обратном пути в машине разморило, и я с трудом разлепляла слипающиеся глаза. Вылезла у подъезда почти в бессознательном состоянии, забыв про дефект одежды. Повезло, что стемнело. Все казались уставшими. Михаил категорически отказался идти в гости, заявив, что мечтает только об одном: поскорее вернуться домой. Пока поднимались в лифте на свой тринадцатый этаж, я с тоской успела подумать о домашних хлопотах, связанных с ранним ужином, но, перешагнув порог родной квартиры, поняла,...

Здесь вообще ничего не может расти. Миша, сейчас за поворотом налево будет речка. Главное, не прозевать мост. А через два километра начнутся лесопосадки. Там и остановимся. Часика два, я думаю, нам хватит? Он обернулся. Глаза были хитрые, неискренние. На всякий случай я опять похлопала подругу по руке. Она, не отрываясь, смотрела вперед. Лицо у нее закаменело от напряжения. Представляю, как тяжело ей было сдерживать эмоции. Димка с удовольствием полюбовался на Наталью, потом переключился на меня, нахально подмигивая...

Мы стояли на краю небольшого оврага недалеко от больницы и смотрели вниз на верхушки кустов, торчащих из сугробов. Михаил от скуки в двадцать пятый раз открывал капот машины, чтобы полюбоваться содержимым. Местные пейзажи ему, кажется, осточертели. В конце концов мы медленно поплелись к больнице. Похоже, Димка и здесь делает обход хирургического отделения. – Твой муж – действительно классный специалист, – в унисон моим мыслям выдала Наталья. – Если бы со мной… нет, пожалуй, со мной – не надо… Если бы с моими знакомыми что-то случилось – не задумываясь, валялась бы в ногах у него, прося помощи...

До местной больницы мы добрались меньше чем за пятнадцать минут. Наталья решила проявить самостоятельность и первой оказалась у окошечка справочного бюро, буквально сунувшись туда головой. – Шелепина Светлана Юрьевна выписана вчера под расписку в состоянии средней тяжести, – послышался поучительный голос дежурной. Подругу ответ не удовлетворил: – То есть как выписалась? Не могла она сама выписаться в таком состоянии. А с каким диагнозом она госпитализирована? – Я вам человеческим языком говорю: выписана под расписку...

Остановились мы на окраине бывшей деревни у одного из домов, имевших относительно приличный вид. За забором сразу залилась отчаянным лаем черная собака с белым пятном шерсти на правом глазу, честно исполняя свою роль добросовестного сторожа. Через штакетины было видно, как она на всякий случай помахивает завернутым бубликом хвостом. Вдруг гости желанные? Входная дверь на террасу распахнулась, и на крыльце появился небритый сутулый мужик неопределенного возраста. – Пират, тихо! – От этого окрика Пират залаял еще ожесточеннее, перестав намекать хвостом на доброжелательность...