Надежда Лаврова

Вот слева панорама бухты. Справа у мыса на воде корпуса кораблей, ведущих огонь по берегу. А пушки то в деле явно малокалиберные. Батарея, которую, надо понимать, атакуют, молчит, поскольку противник в непростреливаемой зоне. Главному калибру крейсеров мешает та же высотка, что и имперским артиллеристам, поэтому с воды поддерживают десант, атакующий на берегу позиции подразделения охраны. В средней части залива, прямо к причалам движется несколько паровых катеров. А изза левого мыса показался сторожевичок Имперской береговой охраны. Судя по всему - атакует крейсера. Как раз он со своим слабеньким стволом им на один залп...

Завтракали на веранде. Го, Варвара, их дочки и Гошка. Кофе, плюшки, никакой прислуги. Ри выглядела слегка подавленной по сравнению со своими бойкими сестричками, а во взгляде маменьки больше не было тревоги. Папенька сосредоточенно уписывал ватрушки с творогом и больше ни на что не реагировал. Потом девчата убежали к Кларе, маменька захлопотала с уборкой посуды а отец семейства отправился в сад с лопатой и граблями. Все дружно делали вид, что Гошка просто заехал в гости, и больше ничего. Пора прогуляться. Надо немножко собрать мысли в кучку. Народ вел себя так, как будто о возможности отъезда "дорогого гостя" речи вообще не идет, что он тут свой, вроде как живет он здесь...

Конечно, виновник всех хлопот - лихтеровоз. Именно его ни в коем случае нельзя бросать здесь, в этом малюсеньком безымянном архипелаге, самой природой созданном для обороны. Высокие, но короткие, бак и ют, как гребнем соединенные длинной и узкой продольной перемычкой вровень с их палубами. В центре - высокая надстройка от борта до борта. В результате собственно палуба разбита на четыре изолированных "полки", именуемых шкафутами и пронумерованными. Каждая шириной пять метров и длиной пятьдесят вмещает один миноносец, располагающийся на стеллажах, чтобы не раздавить о настил брус успокоителя качки...

Риканская бухта Канопус отсекается от океана островом. Получается длинный канал, отлично прикрытый от штормов. Материковый берег - непрерывная цепь причалов, складов и железнодорожных коммуникаций. Очень крупный порт. На запросы береговых постов ответили уверенно - данные об условных сигналах пленные сигнальщики еще на рейдерской базе сообщили верно. А флага при сумеречном освещении короткого вечера низких широт не разглядеть. Так что лихтеровоз прошел на рейд беспрепятственно. Застопорил ход, зажег стояночные огни, принял балласт, и миноносцы спокойненько последовали в конец акватории к причалам военной гавани...

Но на нормативах по физподготовке ему пришлось несладко. Неделя обжорства дала о себе знать. Выкладывался по-полной, хотя ничего особенного от него не требовалось. Стометровка, отжимания, подтягивание. Да уж. А потом казарма, учеба, телеграф флажковый, семафорный, световой. Навигационные знаки, маяки, судовождение, устройство рулевых механизмов. Гребля и маломерные парусные суда. Для студента четвертого курса технического ВУЗа ничего сложного, но материала много. Расслабляться некогда. Хотя наставления по артиллерийскому и минному делу тоже успел прочитать. И про судовой двигатель, с огромным интересом...

Вопросник ему дал все тот же Пинчук. Бумага и ручка с чернильницей нашлись на стеллаже. Вообще прикольно писать, макая перо в баночку. Не сразу приловчился. Отвечая на вопросы, описал всю свою жизнь. Что видел и слышал. Какие на Земле государства, кто у власти. Про международные организации, про полеты в космос и загрязнение среды. О проблемах с природными ресурсами и ростом населения. Какие источники энергии для чего используют, Про двигатели, корабли, самолеты, автомобили и метро. Прочитав "Памятку пришельцу", специально составленную для таких, как он, узнал, что расположение Посейдонии относительно Земли не определено...

В этой части парка отродясь не было никакой железной дороги. А тут поблескивают в свете луны рельсы, и, меж них поверх шпал вдоль пути дощатая дорожка. Напрасно он пошел на день рождения к Светке. И уж совсем зря столько выпил. Опять же луна какая-то неправильная. Не те пятна и цвет впрозелень. Забрел, пьянь трамвайная! Опять же фонарик сломался. Вроде, не ронял. Гошка чувствовал себя отвратительно. Все тело ломит, в глотке пустыня Сахара, в ушах звон, перед глазами мельтешит. Повернулся спиной к ночному светилу и побрел. Если он не ошибается, станция в этой стороне, и до утра уже недалеко. А там - доберется домой на автобусе...