Бронислава Баяндина

Таким образом, новый чин очень точно отражал роль царицы-инокини Александры, патриарха Иова и освященного собора в делах царского избрания. Кроме того, на церковных молебнах и службах многие подданные впервые должны были узнать не только имя нового царя, но и имена его жены и детей, что говорило о начале новой династии. В этом Борис отступил от старины. Придет время, и ему вспомнят ненужные "приклады" с упоминанием на ектеньях членов его семьи. Кощунственным покажется и то, что золотой ларец с патриаршим...

Серпуховский поход длился недолго. Царь пришел к месту назначения 11 мая, "и шатры свои государевы велел поставити на лугу на реке на Оке". По сообщению разрядной книги, "и после тово как пришел с Москвы государь, привезли с Москвы полотняной город и поставили его круг шатров. А шатры стали в городе". Об этом же стоянии полка Бориса Годунова "не в Серпухове, на лугах у Оки реки" упоминал автор "Нового летописца". В первые же дни Борис успел многое сделать: распределил силы берегового разряда, отправил...

Оставалось просить ее снова и снова. А дальше разыгралась знаменитая сцена с молитвенным обращением к затворившейся в келье царице-инокине Александре Федоровне, чтобы та дала согласие на царствование ее брата Бориса Годунова. Автор "Иного сказания" приводит подробности некоторых избирательных приемов того времени: по его словам, во всем, что происходило в стенах Новодевичьего монастыря, не было никаких знаков Божественного промысла, но лишь издевка и скомороший выворот обстоятельств, игра в выборы,...

Все эти аргументы была призвана разбить речь защитника Бориса Годунова "окольничего Клешнева" (Андрея Петровича Клешнина). Он подтверждал, что царь Иван Грозный первым заметил и оценил таланты Бориса Годунова: "Природа украсила юного Бориса душевными и телесными качествами: его остроумие, кстати выказанное, необычайное в детских почти летах удаление от всего ребяческого, расторопность и осмотрительность его при Дворе удостоены были особенного внимания Грозного и вкупе справедливейшего из Царей"....

В Москве развернулась настоящая агитация за избрание Бориса Годунова на царство. В ход шли самые разные приемы: подкуп, лесть, увещевание, запугивание. Считается, что апофеоз предвыборных "технологий" конца XVI века случился в момент знаменитого похода москвичей в Новодевичий монастырь с целью "умолить" Бориса принять царский венец. Красочный рассказ "Иного сказания", ставшего одним из источников "Истории государства Российского" Н. М. Карамзина, а вслед за ним и пушкинского "Бориса Годунова", заслуживает внимания сам по себе...

В приведенных словах можно увидеть отражение предвыборной борьбы. Борис Годунов в те дни был не единственным, на кого смотрели как на возможного претендента на царское избрание. Кроме самого Годунова, о котором ходил слух, что "он очень болен", называли имена главы Боярской думы князя Федора Ивановича Мстиславского, братьев Федора и Александра Никитичей Романовых и даже Богдана Бельского, который якобы "приехал в Москву со множеством народа, желая стать царем". Интересен и тот расклад сил, о котором...

Свидетельство такого важного документа, как официальная "Утвержденная грамота" об избрании Бориса Годунова на царский престол, все же должно быть принято во внимание в первую очередь. Существуют документы, изданные от имени одной царицы Ирины Годуновой. 8 января 1598 года она, как установила С. П. Мордовина, одним из первых своих указов объявила амнистию по всему государству; из тюрем были выпущены "тюремные сидельцы", причем это мероприятие коснулось даже закоренелых преступников ("самых пущих воров"), которых "с поруками", но выпустили на свободу...

Собор 1598 года Царь Федор Иванович заболел, когда ему исполнилось сорок лет, в 1597 году. Окружающие знали об обрушившейся на царя "болезни велией", но болезнь затягивалась, и облегчения не приходило. Решить сам, кому передать власть, царь Федор Иванович не мог. Хотя разговоры о передаче власти уже пошли и один из таких слухов Конрад Буссов включил в свою "Московскую хронику". Он описал, как царица Ирина Федоровна просила мужа "отдать скипетр ее брату, правителю (который до сего дня хорошо управлял страной)"...

Как и многие правители в России, Борис Годунов жил между двумя полюсами - неумеренным поклонением и смертельной ненавистью. Судя по запискам Горсея, близко наблюдавшего Бориса Годунова, тот опасался покушений на свою жизнь и принимал меры предосторожности. Горсея очень огорчала "ненависть", которую "возбудил в сердцах и во мнении большинства князь-правитель… его жестокости и лицемерие казались чрезмерными". Приглашенный однажды на боярскую охоту, Горсей стал свидетелем того, как Годунов вынужден...

Известно подробное описание "домашней казны" Бориса Годунова, причем датируется оно октябрем 1588 года, то есть временем, когда Годунов был еще боярином. Павел Иванович Савваитов, публикуя выдержки из этого документа, перечислил "платье, оружие, ратный доспех и конский прибор" Бориса Годунова. Обращение к описи добавляет новые штрихи к знанию не только о предметах, но и об их владельце - правителе Московского царства. Само появление описи говорит о необычном характере домашнего хозяйства Годунова...

К приказной "гвардии" Бориса Годунова, служившей по двадцать и больше лет в своих ведомствах, относился незаменимый "финансист", дьяк Дружина Петелин; он служил в Казанском дворце и Приказе Большого прихода. Роль главного финансового ведомства английский автор "Писаных законов" характеризует следующим образом: "Большой приход (Bolshoi prekhode) или Большое [ведомство] государственных сборов (gret revenew) получает пошлины со всех больших и рядовых городов, сборы из всех ведомств, а также излишки...

Посольскими делами с 1570 года, то есть со времен Ивана Грозного, ведал дьяк Андрей Щелкалов, которого иноземцы иногда называли "канцлером" Московского государства. Его роль в чем-то сопоставима с ролью во внешней политике Бориса Годунова. Годунов и Щелкалов нередко вместе принимали послов, продумывали ответы царя Федора Ивановича. Оба они были активными сторонниками союза с Империей. Даже враги у них могли быть одни и те же. Дядя царицы Марии Нагой, Семен Нагой, по одному из известий, в конце царствования...