Российский Дед Мороз

Судя по всему, к комнате Юнь Цяньюй направлялись два или три человека. Как только их лидер махнул рукой, две служанки ворвались в комнату Юнь Цяньюй. Дверь с грохотом распахнулась. Обстановка была ясна с первого взгляда. На кровати лежал человек. Они не могли ясно видеть лицо, но тот и так лежал без  движения. Слуги перед дверью предположили, что лежащий на кровати - Юнь Цяньюй. Две служанки обернулись и посмотрели на свою хозяйку в ожидании приказа: «Мисс, что нам теперь делать?» Роскошная девушка за пределами комнаты - Юнь Цяньюэ, третья молодая мисс резиденции маркиза Юнь. Мать Юнь Цяньюэ была супругой, подаренной маркизу старой мадам...

Сяо Тяньи подумал о том, что случилось с Юнь Цяньюй сегодня. Все это произошло, потому что Юнь Цяньсюэ похитили бандиты. Если бы не было похищения, ничего бы этого не произошло. Он бы женился на Юнь Цяньюй и вернулся в свою резиденцию. Сяо Тяньи невольно задумался над ее словами. Она подозревала, что сегодняшнее похищение и ее обезображивание - его рук дело. Но Сяо Тяньи не имел к этому отношения, так как же могло подобное случиться? Подозрения начали закрадываться в сердце Сяо Тяньи, когда он обратил внимание на красное свадебное платье Юнь Цяньсюэ, на тонкий макияж -  невеста, готовая выйти замуж...

Юнь Цяньюй принесла цветы и растения в свою комнату и зажгла свечу, с трудом отыскав спички. Она смешала травы при тусклом свете. Кое-что предназначалось для приема внутрь, другое - для наружного использования; вскоре все было готово. Едва закончив приготовления, девушка почувствовала, как последние силы покидают ее. Она знала, что сейчас была намного слабее. Однако она была единственной, кто мог помочь Хуа Мэй. Она заставила себя найти в комнате иглы для вышивания и поднесла  их к пламени свечи для дезинфекции. После этого приступила к лечению Хуа Мэй. Сначала она проверила, насколько серьезны ее травмы...

Юнь Цяньюй так вымоталась, что проспала до темноты. Когда она открыла глаза, в окна уже лился  слабый лунный свет. Затем она увидела человека, лежащего перед ее кроватью, и руку, крепко сжимающую ее собственную. Юнь Цяньюй посмотрел на эту худую желтую руку, которая больше смахивала на палку. Даже не приглядываясь, было понятно, что это результат недоедания. Их соединенные руки воскресили в памяти воспоминания о большой руке приемного отца. Ее сердце сразу напомнилось теплом, а глаза слезами. У нее с детства не было ни отца, ни матери. Приемный отец забрал ее из детского дома. Более того, он изо всех сил старался передать ей медицинские знания...