Александр Иванов

Меч У Тян Чэна ослеплял все. В этот момент, все люди подняли головы. Лао Тай Е и другие вернулись обратно. Вэн Тян Чэн крепко держал свой меч, но тот дрожал. Он словно хотел преклониться перед тем мечом. «Имперский меч!» - Лао Тай Е застыл. Почему у Лин Фенга такой могущественный меч? Главы Цзунь Ци тоже подняли головы. Этот меч он может запросто уничтожить их. Цзунь Ци клана Ци перестали улыбаться. «Как такое возможно!» - залечивающий раны Ци Тян Шэн тоже пристально смотрел на этот меч. Однажды, в своем клане он ощущал подобное могущество, исходящее от императора среднего уровня. Чу Е Син улыбнулась...

У него был жар, но тело не выделяло пота и испытывало угнетённое состояние, будто на грудь положили тяжёлый предмет. Мальчик лежал на кровати с закрытыми глазами, а на лице отражался дискомфорт. Это очевидно. У него жар! Между полусном и полудремой, лёжа на кровати, он чувствовал, как старые руки гладят его по голове, и при этом эти руки били его по лбу. Сэм хотел что-то сделать, но его тело вышло из-под контроля и не могло двигаться, словно его душа была поймана в ловушку в его теле. Это чувство было неприятным, он вспомнил то время, когда он только перешёл. Он был явно зрелым, но ограничен слабой конституцией ребёнка, не говоря уже о деятельности, даже мышление - это огромная нагрузка...

Этот Лан Сяоюнь уже находится на среднем уровне Земного ранга, в то время как он(Нангон Ю) лишь на уровень выше. Но что важнее, именно этот ублюдок исполнит приговор. Да будь он проклят, если не перейдет сразу к убийству. "Позвольте мне принять двести ударов." В конце концов, Нангон Ю был мужчиной, а его чувства к Бай Роу – настоящими, поэтому она был готов принять удары на себя: "Пусть моя жена..." "Ох, хорошо." – Бай Сяочень услышал, что кто-то пожелал более сурового наказания и тут же перебил его. "Ты слышала его? Да, мама? Это его собственная просьба, поэтому дадим ему двести ударов, и сотню для его жены...

Город Фрейтон… В темном переулке стоит мужчина с окровавленным железным прутом в руке.  Этот человек был шести футов ростом, имел чёрные волосы и обладал атлетическим телосложением. Он был одет в джинсы и коричневую майку, которые были залиты, к счастью, чужой кровью. На земле лежало десять тел, большинство из которых не шевелилось, и лишь немногие катались по земле, держась за свои переломанные конечности. Мужчина обернулся и посмотрел на этих людей глазами такого чёрного цвета, что его зрачки невозможно было разглядеть. «Я же сказал вам, идиоты, не связывайтесь со мной. Черт, теперь из-за вас мне нужно покупать новую одежду»...

Глава 7. Чёрная коробка Донг Сан Пао Семилетний я поднял голову, а за слабо горящей свечой увидел своего дядю. Его лицо было полно печали. Стоя у двери чердака, он глубоко вздохнул и сказал: "Лин Ер, твоя мама ответила на звонок. Она сказала, что ей все равно, что за чёртова девка! Я не понимаю, как она может быть такой! Но не волнуйся, я сейчас позвоню брату, он-то точно тебя не пустит..." Дядя еще не закончил говорить, как я опустил голову, сжал руки в кулаки и в слабом свете свечи увидел самого себя со слезами на глазах. С момента, как я начал понимать хоть немного, я уже точно знал, что отцу также все равно на меня, а мать лишь обеспечивала меня одеждой и едой...

Длинный Аотиан проснулся и обнаружил, что все его тело покрыто слизью. У него даже появился странный привкус во рту, когда он причмокнул губами. "Черт бы побрал этого отвратительного зверя, измазавшего мое тело своей слюной", - подумал он, пытаясь потереться о одежду зверя. - Ах, сынок, ты проснулся. На этот раз ты действительно серьезно пострадал от этих крыс. У меня есть еще лиллиевая паста, чтобы намазать тебя, - сказал зверь, начав размазывать еще больше пасты по моему телу. Я попыталась вырваться, но зверь вцепился в мое тело мертвой хваткой. Ракообразное начало энергично тереться возле моей обратной чешуи...

Длинный Аотиан падал с огромной скоростью. Он не мог контролировать атмосферное давление. Его огромная драконья фигура была чрезвычайно ранена, пытаясь улететь обратно к своему самолету. Он продолжал падать мимо множества стекол. Его огромное тело загорелось, когда он почувствовал, как его тело входит в атмосферу самолета. Он мог только вернуться в детскую форму, чтобы уменьшить атмосферное давление на него. Он загорелся и начал падать прямо в самолет. В далеком королевстве астрономы наблюдали за небом с высоких башен. Один такой старик видел, как началась стрельба, точно знал, что это такое. Он побежал обратно в зал королевского двора, чтобы сообщить королю хорошие новости...

Ся Чэ посмотрел на цветок лилии в одной руке и маленькую змею в другой. Он огляделся по сторонам, но не нашел никакого каменистого вида спорта, чтобы растереть цветы в пасту. Поэтому он положил маленький цветок в рот и принялся энергично жевать. Длинный Аотиан услышал, как кто-то очень громко жует. Он хотел бы, чтобы звук просто исчез, но звук преобладал очень долго. В гневе он выполз из рукава зверя, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. -О-о-о, луттло Соун, ты кончил, - пробормотал зверь с набитым чем-то ртом. Я думаю, он хотел сказать: "о, сынок, ты вышел". Я ненавижу людей, которые говорят с набитым ртом, поэтому я ударил зверя по руке хвостом...

Лонг Ки снова встряхнул женщину. - Райджин, ты уверен, что она не умерла? Хотя выглядит она именно так. Что это с ее пыльным лицом? Я не люблю прикасаться к грязным людям, - он отпустил женщину. - Господин, здесь нет ни озера, ни источника воды, чтобы принять ванну. Перестань во всем придираться, - Райджин питал слабость к этой женщине. Она всегда была настойчива и никогда не сдавалась. Он не знал, что за свет отвлек ее, но на секунду она, кажется, забеспокоилась. - Райджин. Райджин, я все звал тебя. Почему ты так рассеян?" - сказал Лонг ки, махнув рукой перед щенком. - Эй, что с ней теперь делать?" Он все еще сидел на корточках и пристально смотрел на нее...

Ся Чэ стоял перед энергетическим барьером, сжимая в руках сломанную нефритовую шпильку. Вчера он был слишком рассеян, чтобы заметить это, но он чувствовал, как его духовная связь с Юкией мерцает и ослабевает. Это означает, что она либо пытается разорвать их связь, либо смертельно ранена. Ся Чэ предполагал худшее в этой ситуации. Он поднял руки и коснулся энергетического щита. - Наступает время, когда молодые птицы должны покинуть свое гнездо, и я должен защищать меня всю свою жизнь, и я сделаю то же самое для нее, - сказал он с новым удовольствием. Он подул на напудренную нефритовую заколку для волос на щите...

Вокруг Лин Фенга появились силуэты. Все были Цзунь Ци. Лин Фенг усмехнулся: «Считаешь себя могущественным гением? Сегодня, после этого боя, пусть даже ты останешься в живых, ты все равно станешь позором клана!» «Убить его!» - крикнул Тян Шэн. Он проиграл, и сейчас хочет, опираясь на клан, убить Лин Фенга. С этих пор Тян Шэн больше не будет в первой десятке. Лин Фенг посмотрел на Чу Е Син. Они по-прежнему сражались с Бай Цю Ло. Лин Фенгу можно было уже не переживать за нее. Свирепая Ци наполнила пространство. Лин Фенг, держа в руках меч тяньси, вышел вперед. «Умри!» - охранники Тян Шэна бросились на Лин Фенга...

Каждое утро Ся Чэ составлял расписание. Он просыпался с восходом солнца, дразнил маленькую змею в штанах и играл с духовными растениями, ждал у скалы у реки заката и тут же засыпал. Однажды один из воронов у ручья высмеял его за то, что он не купался. Ся Чэ никогда не понимал понятия купания. Он родился в реке и вырос в ней. Но он любит плавать. Ему не обязательно было мыться, чтобы очиститься. Вода - неотъемлемая часть его тела. "Я скучаю по мамочке Юкии", - подумал он, глядя на нефритовую заколку, которую она ему подарила. Она сказала, что это может защитить его жизнь, когда он находится в опасности...