Книжное кабаре

— Дын-дон, кха! — радостно говорит тот, поворачиваясь лицом ко мне. — Пожырных взыфали? — Давай, заходи уже! — бешусь на месте, освобождая проход. Егор не отлипая от дверного звонка, пытается повернуться. Протягивает руку и щелкает меня по носу. — Дын-дон! — Да-да, дин-дон! — шиплю я в ответ. — Заходить будешь? — Пожырныф вфывали? “Боже! Да я с ума сойду! — думаю про себя и принимаю решение затащить его домой. — Да-да, вызывали, — говорю ему и подхожу ближе. — Заходи давай, голова болит...

— Давай, пошли, — шипит на меня отец, выставляя локоть в сторону. Я приподнимаю пышное белое платье и выполняю его просьбу. Мне уже все равно, что будет со мной дальше. Все равно, как сложиться жизнь. Мое сердце никто и ничто не залечит: ни семейный бизнес; ни уговоры матери о том, что так будет лучше всем; ни факт того, что теперь я буду владеть одной четвертой доли бизнеса отца. Ничто не сможет залечить те самые глубокие раны, которые причинила мне судьба и любовь. Свадьба пышная. Две крупных компании сливают свой бизнес, выдавая своих детей друг за дружку...

На самом деле в книге очень хорошо описаны отношения между влюблёнными друг в друга людьми. Книга переполняется грустью из-за глупости и ошибки одного человека, которая может усугубить эмоциональное состояние другого человека. Ведь, не каждая пара может удержать начинающиеся отношения и они с грохотом рушатся в один миг. Но где найти силы простить виноватого и вернуться в точку начала, или стоит забыть это и начать двигаться дальше? Мне нравилось видеть в Джеймсе джельтельмена, который готов на все ради того, чтобы спасти отношения...

Четыре дня. Восемьдесят девять километров пешком. Масса бурных эмоций и незабываемые ощущения. Никак не дойдут руки, чтобы подробно рассказать о своем отменном отпуске в Питере. Вечерний сапсан, три с половинной часа, со скоростью восемьдесят километров в час - и мы в Питере! Увесистые архитектурные дома околдовывали своей красотой, вынуждая вынимать телефон на каждом метре. Питерские дворики, кисло-сладкий запах Невы реки. Постоянные гиды, что здоровывались с нами по вечерам. Разводные мосты, четыреста ступеней на смотровую площадку, а позже столько же и вниз...