Егор Тихий

-Так, давай по порядку, – спросил я у алхимика, когда мы убедились, что нападавший ушёл, — Что ты теперь умеешь из-за этой книги? -Мне теперь не нужен круг, не нужно смыкать руки, я могу трансмутировать живых существ, и количества исходного вещества совершенно не влияет на конечный результат. Если вкратце, то: Я теперь пересекаю все алхимические законы. -Все? -Только трансмутацию драгоценностей не проверял. -А алхимики тоже не могут создавать золото и прочее? -Если могли бы, то, как думаешь, интересовался бы я, забрал ты что-нибудь из лагеря или нет? -Тоже верно. Кешела, на Астралисе есть маги и алхимики? -По поводу алхимиков не знаю, но маги есть однозначно...

Сердце бешено колотится, а   на лбу выступили вены. Мои мышцы готовы порваться в любой момент. Я медленно оттягиваю голову монстра назад, изо всех силы выгибаясь всем телом. Каждая мышца неистово ноет, но сантиметр сантиметром со скрипом голова чудовища оттягивается назад. Еще немного и   твердая кость треснет. Монстр брыкается, упираясь задними лапами, он пытается стряхнуть меня с себя, постоянно меняя точку опоры коротких задних культяпок.   Он брыкается из стороны в сторону пытаясь меня скинуть, но я навалившим всем весом   не отпускаю. Походу мои плотно сжатые зубы сейчас искрошатся. Если я в астральном теле, то   должен быть сильнее чем в физическом  , за счет своего духа...

Мы продолжали путь. Пантя иногда куда-нибудь девался, но вскоре находился. Их отношения с магом перешли с вооружённого нейтралитета на что-то более тёплое. Несмотря на то, что кормили Пантю столько, сколько ему надо было, он всё равно обязательно бегал в поля и леса ночью, возвращаясь уставший, иногда даже чуть-чуть побитый, но всё равно очень довольный собой. Теперь, когда мы собирались ночевать, то я делал подобие убежища, чтобы опять никто не набросился. Да и будущим путникам поможет когда-нибудь. На четвёртый день пути вдалеке показались башни крупного города. -Думаю, нам стоит однозначно туда зайти...

—Да он с человека в холке… — в смятении я прошептал себе под нос. Действительно, зверь практически не отличался по росту от стоящих неподалёку людей. И что с ним делать? У него ведь должна быть толстенная шкура! Я подошёл достаточно близко, и люди с топорами, стоящие позади, увидели меня и стали активно жестикулировать, показывая руками в другую сторону. Нет уж, решение принято. Странно, но в это время хищник не обращал никакого внимания на агрессивно настроенного человека с острой железкой. Он даже ненадолго привстал на задние лапы, ревя на лесорубов; вот только когда удалось подобраться к нему совсем близко, косолапый сразу развернулся в мою сторону...

Ну а вокруг всё та же непроглядная темнота. Всё тот же вязкий тягучий воздух, что противно отдает кислотой в носу. И всё то же чувство болезненного онемения, сжавшее    тело тесным обручем. Конечно же никто не удосужился нормально меня положить. И под словом нормально я    имею ввиду в человеческое положение, а не как мешок старого картофеля,  что тащат на помойку по весне. Такое ощущение будто скрюченные руки и   ноги завязаны в морские узлы. А еще прямо под ребро   упирается что-то твердое. То ли плохо пригнанная лоска, то ли какой-то забытый инструмент. Все тело онемело, и я с трудом чувствую одеревеневшую кожу...