Камила Трофимова

что у юной фрау Кауниц золотые руки, и скоро стали доверять ей работу, требующую предельной кропотливости. Сама же Ева говорила, что про сто чувствует» вещи- и Тобиас лучше, чем кто-либо, понимал, что под этим подразумевается. Когда Кауницы решились на реконструкцию старого костёла в Оло моуце, Ева взялась вернуть былой вид некоторым наиболее ценным ар тефактам. Правда, рождение Мишеля внесло определённые коррективы в её планы. Она лишь недавно смогла вернуться к работе, и то урывками. Пока не было нужды спешить: на реставрацию внутренней части здания уйдёт ещё полгода, не меньше...

- Так же ушёл Мастер Дугальд и магистр Кауниц, дед Тобиаса, - Что же было дальше, сынок? - спросила Эмилия. - Я отнёс умирающего мастера в Заповедный лес,-едва слышно про говорил Вик - А там что? -Явился Тот Самый... -И? - Не знаю, мама! Он выставил меня вон! - Вик в отчаянии уронил голо ву на руки. - Значит, надо вернутся туда и узнать, - твёрдо сказал Теренс - Я не могу... - Почему? Вик с минуту колебался, прежде чем ответить: - Я боюсь. - Я не ослышался-ты боишься?-переспросил Теренс, глядя на сына с нескрываемым удивлением...

- Ребята вернулись? - тихо спросил Виктор, глядя поверх маминой го ловы на отца. - Да, оба у Кауницев. Ждут твоего звонка, - ответил Теренс, - Мне пока нечего им сообщить... Мам, пап, я совершил нечто ужас ное! - вдруг выпалил он. - Я... из-за меня... Теренс ободряюще сжал плечо сына. - Пойдём-ка в дом, мой мальчик. Там разберёмся, насколько всё ужас но. Уверенный, спокойный голос отца помог Виктору совладать с собой, а мамины объятья слегка притупили ноющую боль в сердце. Он позволил родителям отвести себя в дом и покорно опустился на диван в кабине те отца...

Она вешала на шкаф белую про стыню, выключала свет, и появлялись картинки, а внизу - текст. Сначала бабушка нам его читала вслух, а повзрослев, мы с Лией читали сами, по очереди. Мой любимый диафильм был, знаешь, какой? «Сказка про Ива на-царевича и Жар-птицу». Так вот, - закончила Эмилия, - сегодня во снея была в саду этой самой Жар-птицы и даже с ней разговаривала! меня это не удивляет? - снова вздохнул Теренс. - И почему - Погоди, я ещё не всё рассказала! - Эмилия приподнялась и посмо трела мужу в лицо...

- вот она, твоя любовь! Ей показалось, или лицо девы на миг утратило свою безразличность? дежды. Но если и так, то всего на миг. - Отнюдь, - просто сказала Эмилия. -Ты что-то путаешь. Я?! - в этот раз зелёные глаза девы-птицы действительно полых нули гневом. - Ты забываешься, женщина! - радужное платье-оперение замерцало и заискрилось, когда сказочное существо всплеснуло рука ми-крыльями. – Я бы могла оставить тебя навеки блуждать в пустыне под сознания, но пожалею - всё же ты вырастила мою девочку...

Потемнело все кругом, ветер ре вем, волны ладью заливают. И тут явилась над волнами Стратим-пти ца, та, что моря колеблет, и воскричала: - Выбирайте мне по жребию одного корабельщика в жертву! А в ладье мо несколько воинов плыли в Кемский острог. Один отчаянный был храбрец, настоящий сорви-голова. Крикнул он в ответ Стра тим-птице: - Пусть все погибнем, но тебе не поддадимся. Сгинь, нечисть поганая! - И уж лук боевой натянул, чтобы птицу лютую стрелить. Но тут поднялась из моря смертная волна...

Вот уж точно детский сад! - она с улыбкой покачала головой и унесла малыша в детскую. Проводив сестру взглядом, Виктор неожиданно серьёзно сказал: -Никогда раньше не замечал, как она похожа на нашу маму... Не то, что некоторые! - вспомнив, зачем бежал встречать друга, он осторожно проговорил:-Клим, Надин тоже здесь. Выражение лица Клима ничуть не изменилось, только богатырские плечи напряглись. - И что? -Ничего. Выглядит шикарно, словно на посольский приём пожалова ла... Растерянный Виктор...

Аглая с детьми сразу ушла к себе, с трудом ото рвав маленького Сашу от старшего брата, а Ева устало подкатила коляску к лестнице. Младенец уже причитал вовсю. -Давай, я его возьму! Быстро достав из бездонного кармана штанов чистую салфетку, Тоби ас накинул её себе на плечо, прикрывая измазанную рубашку, и лишь тог да взял на руки ребёнка. Тот сразу притих, уткнувшись в надёжное папино плечо. Ева откатила коляску в сторону и стала доставать из неё детские вещички. - Ты это видел? - Вик ошарашенно повернулся к Климу...

холодное северное море сторопливыми бараш ками волн. А над ней нависало тяжёлое серое небо, на западе окрашен ное пурпурно-красными сполохами заката. Дева-птица уже прощалась жизнью, готовясь к неизбежному мгновенью, когда уставшие крылья от кажутся её нести и она золотой звездой низринется в тёмную пучину. И вдруг последний луч заходящего солнца высветил впереди кусочек тверди-крошечный островок среди бескрайнего моря. Но крылья её уже не держали, и сил не осталось никаких - кроме воли жизни, что питала магию её племени...

Но воинам иноземного коро ля было чихать на неприкосновенность священной рощи, они чтили лишь приказы своего повелителя. А последний приказ гласил: доставить к ко ролю старшую, самую могущественную жрицу! Воинов было много, и они скакали на резвых конях, а она была одна и пешая. В конце концов они окружили беглянку плотным кольцом, торжествуя, ибо было деться. теперь ей некуда И тогда Луан превратилась в золотую птицу и взвилась в небо ог ненной стрелой! Напрасно взбешённые иноземцы посылали ей...