КРАСОТА В МЕЛОЧАХ

— Назовешь мальчика Игнатом, как моего отца. Поняла? Никаких Марков и Артемов. Либо делаешь, как сказано, либо прямо из роддома отправляешься к своей маме в деревню. В нашей семье решения принимает мужчина! Валерий Петрович стоял прямо у больничной койки, уперев руки в бока. От него за версту несло дешевым табаком и утренним перегаром. Пожилой мужчина, всю жизнь проработавший бригадиром на городском водоканале, привык, что в его присутствии все ходили по струнке — от подчиненных слесарей до собственной жены...

— Леночка, ну ты же сама говорила, что не справляешься! Я приехала помочь с Тёмочкой, а ты встречаешь меня с таким лицом, будто я нагрянула с обыском! — Тамара Петровна с шумным вздохом опустила на ламинированный пол прихожей две увесистые сумки в клеточку. — Тамара Петровна, я сказала, что устала после ночного дежурства, а не то, что мне нужна помощь с проживанием, — Елена постаралась ответить как можно спокойнее, хотя веки слипались от усталости. — И мы же договаривались, что вы приедете только в субботу...

— Положи салатницу на место, Вера Петровна. Это подарок моей мамы, — Елена постаралась сказать это максимально спокойно, хотя внутри у неё всё кипело. — Подарок? — Вера Петровна с пренебрежительным ухмылкой крутила в руках стеклянную салатницу с нехитрым вырезанным узором. — Ленка, ты хоть соображаешь, как эта дешевка смотрится на моей новой скатерти? Я сказала: выбросить эту цыганщину или увезти на дачу. В моём доме будет порядок! — В вашем доме? — Елена медленно вытерла руки кухонным полотенцем и повернулась к свекрови...

— Заноси сумки, Денис! — с порога скомандовала Галина Петровна, стряхивая капли дождя с тяжелого зонта прямо на мой свежевымытый линолеум. — Я свою двухкомнатную сдала. Семье из пяти человек, зато сразу за полгода вперед деньги взяла! Так что теперь живу с вами. Буду помогать, уму-разуму учить, за домом следить. Я замерла в узком коридоре нашей «хрущевки», сжимая в руке деревянную лопатку. На кухне тикала старенькая «Ока», шкворчала на сковородке картошка с луком, а в воздухе висел тяжелый запах мокрой шерсти — от огромного клетчатого баула свекрови, который она уже успела впихнуть в прихожую...