— Эта сережка с изумрудом завалилась за диван… Но у меня никогда не было изумрудов! — всхлипнула Аня, разжимая перепачканную пылью ладонь. — Покажи, — Максим отложил гаечный ключ, вытер руки о старую ветошь и присел на корточки рядом с женой. На ее тонкой дрожащей ладони лежал массивный серебряный кругляш с зеленовато-мутным, чуть сколотым по краю камнем. Застежка была старинной, изогнутой петлей. — Ну чего ты сразу плачешь? — Максим аккуратно взял находку двумя пальцами. — Мы эту квартиру сняли три дня назад...
КРАСОТА В МЕЛОЧАХ
«Твоя дача теперь для всей семьи»: свекор устроил из моего участка автосервис для друзей.
— Ты бы хоть манометр на место положил, Михалыч! И тряпку масляную с капота убери, краску же разъест! — громкий, хриплый бас свекра перекрыл визг работающей болгарки. — Да ладно тебе, Савельич, подкрасим из баллончика, делов-то! Ты лучше глянь, как тормозной суппорт заклинило. Без лома не подлезешь, — отозвался незнакомый прокуренный голос из-под днища старого серого универсала. Алина замерла у открытой калитки, сжимая в руках пакет со свежей клубникой и новую садовую лейку с узким носиком, которую выбирала всю неделю после работы...
«Освободи детскую для племянника»: золовка заявила, что моему сыну хватит и раскладушки на кухне.
— Освободи детскую для Тёмочки, — буднично, будто просила передать солонку, сказала Регина и отломила кусочек песочного пирога. — А Дениске на кухне раскладушки хватит. Он парень взрослый, ему уже одиннадцать, перебьется пару месяцев. Марина застыла с заварочным чайником в руке. Кипяток тонкой струйкой лился в чашку с синими васильками, поднимая терпкий пар с ароматом чабреца. На кухонном столе, застеленном клеенкой с потертыми уголками, лежала стопка непроверенных направлений на биохимический анализ крови — Марина принесла их из поликлиники, чтобы разобрать за выходные...
«Ты во всем виновата»: свекровь требовала вернуть деньги за ремонт, который сделала без моего ведома.
— Ты во всем виновата, Лена! Вся эта грязь, разруха и долги — исключительно твоя вина! — Галина Сергеевна с грохотом опустила тяжелую кружку на клеенчатый стол, так что остывший чай выплеснулся за край. — Моя? — Лена медленно подняла глаза от списка покупок, на обратной стороне которого она пыталась свести семейный бюджет до следующей зарплаты. — Я вас просила срывать кафель в ванной? Я хоть словом заикнулась о том, что нам нужна новая плитка? — А совесть у тебя есть? — свекровь прижала пухлую ладонь к груди, обтянутой трикотажной кофтой в мелкий цветочек...

