КРАСОТА В МЕЛОЧАХ

— Семьсот сорок две тысячи шестьсот рублей с копейками, — сухо отчеканила Тамара Петровна, с глухим стуком опустив на кухонный стол толстую картонную папку, перевязанную бельевой резинкой. — Копейки я вам, так и быть, прощаю. А вот основную сумму будьте добры вернуть. До копейки. Таня замерла с заварочным чайником в руках. Кипяток тонкой струйкой плеснул мимо чашки, прямо на потертую клеенку в мелкую ромашку. Андрей, сидевший на табурете у окна в своей неизменной полинявшей синей футболке, даже не...

— Я ей прямо в глаза скажу: ты бесплодная, отдай мужа сестре, она ему хоть родит, — донесся из-за кухонной двери резкий, надтреснутый голос свекрови. — А что? Пашке тридцать два года, мужик в самом соку, руки золотые. На автобазе на хорошем счету, слесарь шестого разряда. Ему наследник нужен, дом полная чаша, а не пустые кастрюли и чужие слезы по расписанию. Вера замерла в темной прихожей, так и не сняв правый сапог. В руке оттягивал пальцы тяжелый пакет с продуктами из универсама: пачка творога по акции, два килограмма картошки, куриные голени на суп и свежий батон...

— Денис, крути аккуратнее, ты замок сломаешь. — Да не лезет он, Оля. Вообще не проворачивается, будто чужой. — Как это чужой? Ты с утра каким ключом закрывал? — Этим же! У меня другого на связке отродясь не было. Я переступила с ноги на ногу. После двенадцатичасовой смены в процедурном кабинете районной поликлиники гудели икры, а пакет с картошкой и пачкой творога оттягивал пальцы так, что полиэтилен врезался в кожу до белых полос. Денис снова нажал на ручку, чертыхнулся, надавил плечом на тяжелую обитую дерматином дверь...

— Твой муж — мой единственный кормилец, а ты обойдешься. Молодая еще, на каше посидишь, ничего с твоим желудком не сделается! Тамара Васильевна победоносно стукнула пузатой сахарницей по клеенке обеденного стола. Сахарница была старая, с отбитым краем и блеклыми синими незабудками, но в руке свекрови она выглядела как скипетр самодержавной властицы. — Мама, ну зачем ты так резко, — тихо, глядя в пол, пробормотал Сергей. Он сидел на табурете у окна, сгорбившись, все еще не сняв серую рабочую куртку с вышитой на груди эмблемой авторемонтного завода...