КРАСОТА В МЕЛОЧАХ

— Ты уверена, что не ошиблась дверью, деточка? Мы вообще-то заплатили за два месяца вперед, и хозяйка сказала, что до весны нас никто не потревожит. Мужчина в выцветшей полосатой майке уперся волосатой рукой в дверной косяк, лениво почесывая живот. Из глубины коридора доносился запах жареного лука, а на вешалке, где когда-то висело только легкое пальто Алины, теперь громоздились три пуховика, детские комбинезоны и чужие стоптанные кроссовки сорок пятого размера. — Какой еще хозяйке? — Алина медленно...

— Зачем тебе столько кастрюль? Я половину забираю для младшей невестки! — распорядилась свекровь, небрежно отодвигая плечом опешившую Марину. Антонина Васильевна уже деловито перебирала содержимое кухонных полок, словно заправский кладовщик на давно заброшенном складе. Звякнула полированная крышка, глухо ударилось о столешницу эмалированное дно. — Положите на место, пожалуйста, — тихо, но отчетливо произнесла Марина, медленно выпуская из рук кухонное полотенце. — Это не просто посуда. И уж точно не ваша собственность...

— Сними деньги с вклада и закрой кредит брата, иначе я с тобой разведусь, — заявил муж, аккуратно промокнув губы салфеткой и отодвинув пустую тарелку. Алина замерла с чайником в руках. Горячая вода тонкой струйкой лилась в фарфоровую кружку, наполняя кухню ароматом бергамота. Пар коснулся пальцев, обжег кожу, но женщина даже не шелохнулась, не отрывая взгляда от лица супруга. — Что ты только что сказал, Вадим? — тихо спросила она, надеясь, что ослышалась. — Я сказал: завтра утром ты идешь в банк, забираешь свои накопления и переводишь их Кириллу...