Владимир К

В курилке, после ужина, я снова возмущался идиотскими порядками, царящими в армии. Чубаков с Никишиным слушали меня, грустно глядя на царящее вокруг задымление. - Забелин этот очень смелый,- говорил я,- знает, что я не смогу разбить ему харю. - Да уж, тут нам не гражданка,- сказал Чубаков. По всему было видно, он бы тоже с радостью приложился к чьей-нибудь физиономии. Стоявший неподалёку с сигаретой во рту, незнакомый мне малый, усмехаясь присоединился к дискуссии: - Вот приеду на гражданку, заведу себе щенка! Назову его Сержантом, буду пи…ть без конца,- изрёк он. - Дурацкий стишок,- мрачно ответил Никишин...

Никишин был молчаливым парнишкой. Он всё время держался с Чубаковым и вечером того дня я кое-что о нём узнал. Но не буду опережать события. Скажу лишь, что он был счастливым обладателем спортивного телосложения и я мысленно причислил его к разряду борцов-самбистов, как и Чубакова. С первого и до последнего дня в учебной роте, я и эти двое ребят держались всё время вместе. Через некоторое время после наведения порядка рота снова была построена. По приказанию Мокрякова, несколько солдат приволокли кучу жутко грязных бушлатов и побросали их перед взводом. Мы стояли по стойке «смирно» ещё не менее получаса...

По окончании поучительной беседы, кто-то из сержантов надиктовал нам под запись статьи устава и строевую песню. И то и другое было самым редкостным бредом, намного хуже и бредовее самого бредового бреда, с которым я сталкивался когда-либо, в колледже, или даже в школе. Но мало того, что мы это записали, это следовало ещё и выучить. «Плевать»,- думал я, «пусть делают, что хотят, но я не стану это учить». Мыслил я, конечно, очень наивно. «…От героев былых времён, Не осталось порой имён. Те, кто приняли смертный бой, Стали просто землёй-травой…» Полностью эту песенку я не вспомню сейчас, да оно и не к чему...

Нехлюдов ушёл, младшие загнали взвода в кубрики и, я помню, командир моего отделения показал всем, кто ещё не видел, как правильно заправлять кровать. Заправлять её нужно было таким образом, чтобы синее армейское одеяло было обернуто вокруг матраса, простынь и само одеяло натянуто. При этом три полосы, имеющиеся в ногах каждого одеяла, должны быть выровнены по нитке во всём кубрике, подушка должна была стать квадратной, при помощи ряда хитроумных манипуляций, так же кровать надлежало отбить табуретом,...

.- Рота, равняйсь! Отставить! – проорал кто-то. – Рота, по команде равняйсь, надо замереть, прижать руки и повернуть башню направо, ясно вам? – сказал незнакомый, ужасно самоуверенный на вид тип, с лычками старшего сержанта на плечах. - Если хотите жрать, - продолжил он, - будете делать всё правильно. Рота, равняйсь! Смирно! На месте, бегом-марш! Вся рота побежала на месте. «Долбаная рота безумцев», - подумал я, глядя на своих скачущих собратьев. Сам я стоял на месте, не зная, скакать ли мне со всеми, или стоять на месте втихаря, надеясь, что меня не заметят...