Исторические рассказки

Поскольку показы упали практически до единиц, а в службе поддержки мне объяснили, что это я "сам дурак", потому что вот так хреново читают эту хреноту - канал временно закрывается. Самовыражаться мне и без того есть где, как и рваться на британский флаг запросто так. Спасибо...

В живых должен остаться только никто! Братья подросли и начали конфликтовать друг с другом. Рот убил некоего Харальда из Вика, дружинника ирландского «брата», и священника Йона Бьярнисона. По этому случаю Сигурд II встретился с Эйстейном II в Упплёнде, долго беседовал? Внезапно нашел общий говяжий язык и сговорился, что все трое через год соберутся в Бьёргюне — чтобы навязать Горбуну соглашение, по которому отнимут у него трон и оставят всего «два или три поместья и достаточно средств, чтобы содержать при себе тридцать человек», ибо тот «в силу своего плохого здоровья не может быть конунгом»...

Самый молодой фельдмаршал (окончание) Место, где Роммелю суждено было «сломать свою жезлу» и навсегда потерять «ключ к успехам», известно каждому, кто не прогуливал уроки в школе — Эль-Аламейн. Вот только далеко не все в курсе, кто ему там жезлу погнул (перед тем как сломать) и остановил его неукротимый «дранг нах Каир». Ибо 1-е сражение у Эль-Аламейна (а не 2-е) началось 1 июля 1942 года, и британской 8-й армией командовал в нем никто иной, как главком-Сред-Вост Клод Окинлек. Судьба дала ему шанс...

Итальянские страсти Новому крулю Лайошу I едва исполнилось 16 лет, так что попервой ему приходилось слушать маму — крулеву-мать Эржбет. И поскольку покойный папа Шаробер оставил внутренние дела Угорья в относительном процветании и некотором порядке, проблемы начались не там, а на «исторической родине» династии д'Анджо — в Неаполе. Если кто не забыл, второй сын Карои I Роберта Андраш был помолвлен с принцессою Джованной, наследницей престола Роберто Астролога. Она была дщерью сына короля Карло ди Калабрия, помершего в 1328 году в возрасте всего 20 лет...

Пьемонт сдался — что дальше? Анализируя итоги кампании Монтенотте, приходишь к удивительному для бонапартиЗДов выводу — ни в одном деле или бое, кроме Вольтри и Монте-Неджино, французы не находились в численном меньшинстве (а Вольтри они потому очень легко и проиграли, в Монте-Неджино же был Рампон, а Буонапарте не было), более того, в каждом у них было значительное, если не подавляющее, превосходство. То есть, тактически ни одно столкновение с врагом не требовало от Буонапарте ни особого таланта, ни тем более гения...