Эля Ева

- Как непутье, так с одной, а теперь еще и с сыном будет. Такому уже пять лет, а он только бренчит на гитаре и плохо учится. Слава Богу, хоть из армии забрали. И было непонятно, кого она имела в виду - себя, невестку, сына или все вместе. Зато Егор был рад: дядя Володя все-таки не бросил их. КЛЯЧКА И САМОВАР Представьте, соседки помогают друг другу, и это не вызывает у них ни обиды, ни зависти - они понимают: каждая в душе завидует другой. ...Бодрое утреннее солнце, наполняя комнаты утренним светом, собирало в комнате шесть человек на инвалидной коляске. Впрочем, для пяти человек... Они были здесь уже месяц, измотали всех врачей и сестричек, но улучшения не наступало...

— Ты же знаешь, мы бы никогда… Я правда не думала, что это… — Она умолкла, собираясь с мыслями. — И я не знаю, как мы с Лизой будем теперь жить. Как я смогу ее бросить? Им показалось, что они друг друга поняли. В доме горела свеча. В ее свете Лиза разглядела свое отражение в зеркале и удивила себя собственной бледностью. — Ты выглядишь не так уж плохо, — сказала Полина. — С каждым днем ты все лучше. Лиза молча кивнула. Она вернулась в постель. Ей было холодно и тяжело. «Я люблю его, — думала она. Лица родителей — родителей ее мужа. Твари, воспитанной чужим детенышем. Тварь, радующуюся жизни на чужих костях...

Я давно мечтала о чем-нибудь экзотическом. Он тут же предложил заказать мне щенка у шотландской овчарки из местной бойни. Это было круто: далеко от дома, без присмотра, одна-единственная суфражистка — и все мои девчонки были бы на ее попечении. Я заупрямилась. Пришлось пообещать, что я буду приезжать к нему по одному и тому же сценарию, как на работу, — раз в неделю. Это означало, что мы с маленьким не сможем встречаться без приглашения и я не смогу забрать его из школы. В начале своего пребывания у меня дома муж молча сидел в кресле и смотрел телевизор, изображая радушного хозяина, пока я пинала ногой подушку...

Каждая из них знала, что если у нее получится поднять руки, значит, ее имя выкрикнут. Это очень поднимало настроение окружающим. А уж аплодисменты товарищей, с которыми мы проводили время вместе, и подавно. Жизнь у нас была веселая, один раз только на занятиях в музыкальной школе все родители ходили в слезах от нас. Наша вокалистка не могла спеть без концертмейстерской палочки, приходилось ее связывать, чтобы не поранила руки. Нас, конечно, за это ругали, но мы были так счастливы. В старших классах меня заметил педагог по музыке и пригласил выступать с концертом. Я приехала на прослушивание и увидела...