Одуванчик /Dandelionline

Времени нет, а ты есть. На дворе был 3030 год. Звуки музыки транслировались на чип и передавались вибрацией в черепной коробке. Девушка всё еще привыкала к этой технологии. Не так давно она взяла за правило привыкать к новшествам, как можно быстрее. На большом центральном экране велась трансляция с камер кормы корабля, это была в основном тьма, с мелкими точками звезд. Она хотела побывать на других планетах, но не решалась из-за проблем с документами. Теперь, когда проблема с ними решена, в обход текущих технологий, она смогла себе это позволить. Больше всего она уставала от всего нового, кто бы ей сказал раньше, что от этого вообще можно устать, она бы не поверила. За окном был 2020 год, девушка торопилась и почти летела с лестницы вниз, в дверь, двор и к метро. Она опаздывала на смену в кофейню, мерзкая работа, мерзкие люди, мерзкая маска подобострастия и дружелюбия каждую смену. Однообразная музыка из колонок и очередной новый телефон в рекламе. Ей на днях пришлось сменить свою любимую нокира 3310 на этот громадный, неуклюжий, чрезмерно яркий и цветастый ксакоми. Глаза от него болели, но руководство требовало регистрации в мессенджерах, и буквально через каждые пару лет в новых. Слово то какое дурацкое, вот раньше были доски, потом голуби, за ними письма, теперь это. Все слишком быстро, голова кругом при мыслях об интернете. К стойке подошел мужчина в форме: - Девушка проследуйте за мной. Ну что еще. Сердце зашлось барабанной дробью. Что случилось, почему она просто не может читать книги любоваться природой и спать. А не вот это вот все. Ах, верно, ей нужно есть и где-то жить. Иначе, её передёрнуло от воспоминаний... Она покорно пошла за мужчиной, как выяснилось они обнаружили несоответствие в документах. Там было указан год рождения 1920-ый. В этот раз договориться о замене документов удалось, правда пришлось брать срочный кредит, но лучше так. Повезло. Ей следовало где-то уже себе записать, что документы надо менять заранее. И лучше бы ей знакомиться с новшествами при их появлении, иначе следующий раз возможно будет более печальный. Весна 1010 года. Женщина лет 20-ти шла с полными ведрами по пригорку, недалече от леса. Жарко, и пот пробиваясь из-под платка перекатывался на брови и капал в глаза. Как же она устала от одинаковых дней, готовка, уборка дети, мыть корову, доить, работать за шитьем пока не стемнело. Хорошо хоть ярмарка скоро приедет, всего пару верст от сюда, можно будет весело по хороводить, надо только успеть юбки и платок обшить по ярче. Это еще хорошо хоть живет богато и зимы не страшны. Так она и плелась в горку, когда на пути у нее вырос откуда ни возьмись чудной человек, весь сверкающий в летящих белых одеждах, аки ангел. Она бухнулась на колени и стала молиться. Подняв её с колен, он стал спрашивать, хочет ли она жить долго. Она отвечала – кто же не хочет, жить же весело, за всегда что новое узнать можно. На том он её и остановил, поднес прозрачную трубку к её сгибу локтя и как бы комар её ужалил пребольно. Она стала спрашивать, что да как, и когда теперь её время придет, а он только и скажи: Теперь для тебя - времени нет, а ты есть. На том и пропал. И не было и столетия как она бы его не припоминала, и все же доведется им еще встретиться или нет она так и не знала. Только смотрела на крошечные точки звезд.

Весь секрет в твоей улыбке. Блины. Печь их такая морока. Сначала найти в сканах давно сохраненный скрин рецепта, вспомнить, что вообще то кефира нет, и его никогда нет в холодильнике по тому, что ты его не пьешь. Затем сходить за ним в магаз, а за одно набрать вкусных начинок, понять – блины в очередной раз дороже чем хотелось бы. Подготовить посуду и ингредиенты, смешать все без комочков. Уже на этом этапе устать. Наконец начать печь, смазывать и держаться от того, чтобы не есть их быстрее чем печешь. В конце концов накрыть стол и сфоткать с четким пониманием, что в следующий раз ты этим займешься только на следующий год в масленицу. Все можно есть. Первые три блина улетают с разными начинками и когда попадают в желудок настигает ностальгия. В голове появляется тарелка блинов, и ты мажешь их маслом долго ждешь следующий и снова мажешь. Все утро можно сидеть на кухне, пропахшей маслом, тестом и теплом и отвечать на вопросы и задавать свои. В памяти эти моменты лучше, чем в реальности, но это не важно. Когда все садятся, разбирают по блину передают по кругу сметану, жуют, и отвечают на заданный вопрос – Вкусно! Даже если они не соленые или чувствуется сода, или попался комочек, или много дырок и сгущенка вытекает, или края горелые, или в этот раз толстые и не допеклись… В них есть секрет. И Весь секрет в твоей улыбке.  Мама.

Коты спасут мир. Девушка сидела на подоконнике и гладила рядом сидящую кошку по кличке Луна. Кошка была черной и лоснящейся, гибкой и блестящей как речная гладь с быстринами под полной луной. Облизнув лапку, она развернулась, спрыгнула, оглядела комнату и ушла в проем межкомнатной двери. Девушка закрыла глаза, её веки задрожали, а сознание полетело над городом хлопая крыльями. Пролетая над парком, выбрала удобное местечко на дереве, гаркнула несколько раз. На соседние ветки приземлилось еще несколько ворон. Собрание началось.  В последнее время пришлось вернуться к старому способу связи. До этого, было, перешли на соцсети - и удобнее и быстрее, но жизнь мирская не стабильна и этот способ быстро себя исчерпал. Почти все из круга больше разбирались в травах и снадобьях, кто-то ушел в фармацевтику, кто-то торговал чаями. Была одна по животным, она работала в ветеринарии. И одна была по заговорам она вела блог, но сейчас рассматривала переход в книжную сферу, если не библиотекарем, то хотя бы в книжный магазин или, по возможности, в редактуру. Приходилось ей – тяжко, настали темные времена для слов. Руководство страны, казалось бы, принимало самые тягостные решения для этого русла, в школах дети становились косноязычными, литературу запрещали или помечали как сигареты стикерами с предупреждениями, бумажные издания стали непомерно дорогими, а о свободе выражения и вовсе приходилось скорбно молчать, резали все от одиночных пикетов до форумов и сетей, насаждали молчание и создавали информационный занавес. Сейчас решали, как бы помочь устроиться в миру, чтобы ноги не протянуть. Сила слова не простая сила, её ни как нельзя было применить, примкнув к пропаганде, это грозило катастрофой в ближайшие пятьдесят лет. А жизнь длинна, кто знает, что будет лет через двести. Вот будь у них в кругу прорицательница тогда было бы легче, но что уж говорить о том, чего нет. Сошлись на том, что нужно идти на радио. Разлетелись по домам искать связи для устройства. Время шло, устроиться все не удавалось. В конце концов, собрались для варки заговора. Варево готово, дымиться по центру стола, все стоят вкруг. Теперь осталось только произнести уговоренную фразу: «Деньги спасут мир» Молчали, произнести нужно было хором, на третий поворот ложки. Прерывать процесс нельзя иначе придется десять лет сидеть под проклятьем, каждой. Раз… Два… Три… Луна молнией влетела на стол и почти успела лизнуть варево, хором грянуло – КОТ! …ы спасут мир. Никто не хотел быть проклятой, эх Луна, Луна — вот ты шкода, конечно. Сила слова не простая сила. Чудесным образом сразу нашлось место в ветеринарии администратором-контент-менеджером, и что-то подсказывает нам, что слово кот она будет произносить еще очень долго.