Paulina Zakrzewska

И, вот, он стоит перед тобой, полный немого отчаяния, а в его бездонных глазах ты видишь мольбу о помощи. Он как раненый зверь, загнанный в угол жестокими браконьерами - мечется, бьется об стены и ранит себя от беспомощности. А ты, именно ТЫ, вся такая нежная и воздушная, обладаешь достаточной силой, чтобы спасти его от неизбежной гибели. И в следующее мгновение ты уже несёшься к нему сквозь дремучий лес, падаешь, разбиваешь колени, подол твоего платья измазан в грязи, мокрые волосы липнут к лицу,...

Доктор Хольмберг говорит, что я должна описать свою тревогу. Первое, что приходит в голову – это большая чёрная бесформенная клякса. Я однажды брызнула чернилами на холст и долго наблюдала, как стекают капли, вырисовывая силуэт. Получилось нечто с длинными руками и очень большой головой. В своих фантазиях я зашла настолько далеко, что одушевила образ и дала ему имя. Форма. Я помню, как часами наблюдала за сигналами маяка. Для нас мир погрузился во тьму и только эти сигналы с периодичностью в несколько секунд давали надежду на то, что в конце все пройдет и нас снова вернут к обычной жизни...