i want to stop loving

Представь, что ты разбит, потом помножь то чувство в сотни раз,  Чтоб описать ту боль, не хватит пары фраз. Я пил, курил и убивался в барах, Что теплилось в башке тогда теперь мне видится в кошмарах. Мог выпить литры алкоголя, не поведя брови.  Не знал заботы, доброты, да что сказать, не знал я даже о любви. Замок от двери к счастью штопором я ковырял.  Разбитый, с мертвою душой я пьяный в ванной засыпал.  Я верил тем, кому по сути был не нужен.  Я был, как пьяный капитан, который вместо моря топил себя в бутылке рома, неуведав морских жемчужин...

Сказать не смог, так напишу... Ты мне нужна, как красноречие торгашу. Теперь, когда я злюсь, я лучше промолчу,  Ведь потерять тебя я не хочу.  Прожег глазами дыры в телефоне на наши фотографии. Надеюсь я на то, что "он скучал" не станет эпитафией. Скучаю по тому, как обнимал и целовал тебя, когда мы засыпали.  Скучаю по тому, как ночью пляж вдвоём топтали...

Может по пиву? А ночью гулять вдвоём по жилому массиву. В моих глазах ты видишь своё отражение, а в твоих я тону. Предав меня огню, ты вновь заставила меня гореть. Гореть, гореть и в твои карие глаза смотреть. В моей руке - твоя рука, Нас окружил оранжевый закат и запах табака. Ты скажешь, что замёрзла, а я, дурак, отдам лишь олимпос и предложу попить чаёк, Хоть я и понял, что на объятья был намёк...

Фосфорные звёздочки зажгутся над кроваткой в детской, Внутри квартирки на улице Советской. Тяжёлым одеялом непроглядной тьмы накроет всё пространство за окном. Ночник горит для мальчика, который был напуган тем самым подкроватным злом. Из под кровати покажется лохматая рука, что выключит единственный источник света. И монстры заскрипят когтями, царапая покрытие паркета. Мальчик забьется в угол испытывая дикий страх. Опустит одеяло с головы, и снова испытает то, что он испытывал в кошмарный снах...

Носки летели вверх, пока не встретили поверхность. Ведь невесомость - это космическая вредность. Даёт возможность полетать, но отбирает кислород. Забытый на орбите космонавт мечтает взяться за руки с семьёй, образуя хоровод. Кто-то сидит в подвале, мечтая хоть глазком взглянуть на небо, А одинокий космонавт мечтает поужинать с родней, почувствовав вкус хлеба. Когда-то космонавта веселили те носки на потолке...

Когда-то целым был, потом вдруг стал всего-то половинкой.  Ты думаешь я от хорошей жизни заливась постоянно синькой? Я лишь пытаюсь затопить внутри себя этот обрыв из пустоты. И наконец уплыть от всех чудовищь темноты. Я был рождён, чтобы любить иль ненавидеть? Расскажите! Если я всё же был рождён страдать, то просто к моим ногам пару гвоздик вы молча положите. Застрелите, утопите, готов принять я вид кровавого орла. Только закройте эту тропу ведущую меня как можно дальше вникуда. Я свято верил,...

Эскапизм не мрак, а красота, Способный даровать нам то, чего не даст нам наркота. Я нервно вырываю с памяти всё то, чему я был не рад, Листая старые прогнившие листы назад. В попытках наконец найти и вспомнить тот момент, где я был счастлив и любим. Но чаще задаю себе вопрос "зачем я был таким тупым?". Но поумнев, приняв себя Когда уже забил и бросил всё, я повстречал тебя. И если ты не идеал, то кто ты, милая моя? Лишь ты одна не побоялась моего голодного зверья И поселилась в моем сердце, Закрывшись со зверьем за толстой дверцей...

Бабушкин хрусталь в серванте, гораздо крепче, чем мечты. Мне скучно, поэтому сегодня рядом ты. Поэтому этой холодной ночью, тебе одеяло грею.  Потому что той, что люблю, себя проиграл в лотерею.  С тобой переспал, но с тобой не усну.  Потому что тебя не люблю, а просто иду молча ко дну.  Но все это дерьмо я затяну и доведу до отношений.  Все будет с каждым днем как можно хуже, без улучшений.  Мои запои, бары и друзья Куда важнее твоего нытья...

Тяжело быть холодным, когда ты огонь. Если хочешь узнать, что внутри - протяни мне ладонь. Отдам тебе своё тепло, если потом меня согреешь. Надеюсь, что спустя время, сама не охладеешь. Запью дешёвой водкой сигу без кнопки И отравлюсь домой по знакомой протоптанной тропке. Лишь лунный свет озарял мою однушку, А настроение было допить ту водку и засунуть своё тело в пушку. Которое болит, но не физически. Любовь - это всегда так больно? Не отвечай, вопрос ведь риторический...

Я расскажу тебе свой маленький секретик - Одиночества боюсь больше всего на свете, чувствую, как будто выпал с самолёта, а в руке лишь старенький пакетик. Тогда её глаза казались самыми красивыми на свете, А сладкий аромат духов давал забыть о сигарете, Которую так яростно хотел скурить. Дабы период пока я жду её, как можно больше сократить. Душа её казалась океаном, который так хотел я покорить. А её милое лицо я был готов боготворить...

Я пробовал и был готов любить весь мир, меня никто не понял -  Я научился недоверять и ненавидеть. Теперь я не способен чужие слезы понимать и видеть.  Ведь когда я горел внутри, выплескивая всё это наружу,  Лишь еденицы через терн, травмируя себя, отправились спасать страдающую душу. Терновые кусты оставили на мне глубокие шрамы, А алкоголь и сигареты помогают заглушить ту боль, как верующим храмы. Закрыв глаза в себе тону. Забыл про музыку в ушах и вновь влюбился в тишину. Добра на сердце у меня полно, Но не готов дарить его всем тем, кому на это всё равно...

Сказка про мальчика, в котором поселился змей.  Опутав сердце так, что не видать больше огня внутри его очей.  Пуская тёплый сладкий яд по всей его крови, Что мальчик отказался от друзей, работы и семьи.  Вонзая острые клыки и раня душу,  А мальчик был готов покорить этажи и броситья, будто киты на сушу...