Жить!

Зухра сидела в дежурке под лестницей, как пробка в бутылке. Помещение было крохотное, а она была огромная. Кроме кресла, там еще умещалась тумбочка на которой стоял телефон и маленький обшарпанный чайник. Из–за своего веса она потеряла былую быстроту в движениях, но не потеряла быстроту ума. Зухра была по-восточному черноброва с неожиданно светлыми глазами на приятном моложавом лице. По-русски она говорила с сильным акцентом. При разговоре поблескивала золотой коронкой. Она работала консьержкой в подъезде многоэтажного дома...

Иосиф выглядел импозантно даже в пижаме. Он встречал меня, плавно вынося себя из кабинета. Небольшого роста, с некрасивым лицом в обрамлении львиной гривы седых волос, большим носом и толстым животом. Он был велик! Осанка делала свое дело. - Приветствую вас, Олег! Вы, как всегда, пунктуальны. Я что-то заработался сегодня ночью. Цветаева перепахала меня всего и я сам не свой! Насколько легки и красивы ее ранние вещи, настолько тяжелы и сложны поздние. Жизненная эволюция. Но глубина, глубина какая! Это поразительно! Пожалуй, оставлю ее на время...

Гуля позвонила утром. - Алек, замените меня, пожалуйста, на один день. Мне поспать надо. Очень плохо мне. Это было странно. Она ухаживала за спокойным лежачим стариком, который не мог доставить особых проблем. Заступила она на смену всего четыре дня назад. Гуля была одна из самых терпеливых и работоспособных сиделок, опытная и умелая. - Что случилось, Гуля? – с тревогой спросил я, - Что-то со здоровьем? - Нет, Алек, со здоровьем все хорошо. Мне просто надо поспать. - Не понимаю тебя. Ты можешь сказать по телефону, что случилось? - Не очень, точнее не могу, - как-то натянуто ответила она...

Потребность в уходе за стариками и больными на дому всегда была достаточно высока. Работники по уходу, или как их в народе называют - «сиделки», были нужны всегда. А в нынешние времена стремительного старения населения и бесконечной занятости работающего люда, эта потребность только увеличивается. Поэтому, казалось бы, такая профессия, как специалист по уходу должна занимать почетное место. Но, вот беда, государство при всем разнообразии предоставляемых социальных услуг не занимается долгосрочным, длительным уходом...

Иосиф вставал поздно. Если его своим криком не будил Сашка. Если будил, он, шоркая тапками, шел к нему. Если просыпался сам, то долго смотрел в потолок, изучая паутину трещин. Потом умывался, заглядывал в комнату сына и шел на кухню готовить завтрак. Потом умывал и переодевал Сашку, кормил его и оставлял ему возле кровати чай и печенье с конфетами. Потом все шло как всегда: в магазин за продуктами, готовка еды на несколько дней, обед с Сашкой, дневной...