Пишем жизнь

Давно известно, что с вербальной активностью нужно быть не менее осторожным, чем с любой другой. Иными словами – как лодку назовёшь, так она и поплывёт. Вот назвала Нурсема последний вечер в отчем доме «днём прощания со своей жизнью», так оно и вышло. И не для неё одной. Можно было, конечно, сказать «прощание со старой жизнью», но как раз старая-то и была ей гораздо милей, чем ждущее впереди безрадостное существование с нелюбимым. Ещё и в какой-то глухомани. Вот и случилась оговорочка, как говорится – по Фрейду...

137-й эпизод сериала был достаточно скуден на знаковые события, ну разве что Омер завёл новую подружку, да молодые Уналы вновь воссоединились, поэтому пока рассмотрим тех самых мам, которые не стучат в дверь. В оригинале эта фраза звучит так: «Мама в дверь не стучит, она сразу врывается», и принадлежит она уважаемой (в кавычках) Салкым-ханым. И, что характерно, вторая сериальная мама, госпожа Кывылджим действует точно также. Данный подход к делу имеет и для той, и для другой нежелательные последствия, что называется – по жизни, но, видимо, это ничему их не учит...

Из открытых источников Да-да, тот самый, который «Если король проиграет» с Халитом Эргенчем и Мерве Диздар (и ещё с целым рядом больших и маленьких звёзд турдизи). Я эту тему открыла в своей предыдущей статье и предложила вам голосовать за её продолжение. И не потому, что любимый мной «Клюквенный шербет» оседлало уже не менее десятка живописательниц – место всем найдётся, земля-то большая) В «Короле» я увидела прекрасный портрет «игрока в жизнь» – харизматичного, умного, артистичного и да – «ненасытного»...

Судя по громкому празднованию китайского Нового года в столице, так оно и есть. Может быть, я, конечно, чего-то не понимаю, но, по-моему, мы и свои-то родные Новые года так не отмечаем... Но обо всём по порядку. И в картинках) На Лубянке всё спокойно. Ёлка традиционале, Баба-Яга и Избушка-на-курьих-ножках на месте. Вид со смотровой площадки Центрального ДМ строг и красив. Идём дальше. В ЦУМе всё опять бохато и вкусно пахнет, но ничего необычного. Выходим на Кузнецкий. Н-на! Началось. Как и положено - празднично украшенная входная арка...

Да, устроили нам создатели «Шербета» новогоднее файер-шоу... Помнится, в прошлом году в предпраздничной серии Ажда на сцене зажигала, все были живы и веселы, а теперь вот – торжественный ужин, обернувшийся трагедией... Четверо скончавшихся, четверо в тяжёлом состоянии, около двух десятков ранены. Надежда только на чудотворную турецкую медицину. ............................................................................................................................................................

Наконец-то. Ну, не то, чтобы в «Шербете» пошла жара, но вот этого послевкусия разочарования от просмотра очередной, 72-й серии уже нет. Семейка психопатов, Фатих и Гёркем, вовсю осуществляет свои стратегии мести. Жёнушка мечтает обрушить дом Уналов, как таковой, им же на головы, у её щекастого муженька планы пожиже – он хочет поквитаться с вероломным дядюшкой. Или они плохо слушали родителей в детстве, или тема возмездия среди обсуждаемых традиционных ценностей вообще не фигурировала... А так – да, собираешься мстить, рой сразу две могилы...

Ну, дождались, дорогие мои) И что же мы увидели в первой серии 3-го сезона? Шокированная не столько изменой, сколько поведением любимого на семейном ужине, закончившемся грандиозным скандалом, Кывылджим снимает стресс в характерном для неё мужском стиле. А именно – напивается и прыгает в койку к случайному собутыльнику (ах, учитель Кывылджим!). Хорошо хоть тот, как в сказке, оказывается порядочным (а ещё и весьма состоятельным) господином. Вылетевшая с балкона проблемная жена Фатиха, тоже как в сказке – ударившись об землю, стала ещё краше, чем была...

Вот кто о чём, а я, пожалуй, продолжу о турецких сериалах (и да простит меня читатель - здесь ему понадобится некоторое умственное напряжение). Небольшое вступление – как говорится, для вновь присоединившихся. Некоторое время назад я открыла для себя турдизи, эту своего рода «библию для неграмотных» (устойчивое выражение, характеризующее продуманность и силу воздействия визуальной компоненты религиозного зодчества. Но и для кинематографа, как мы видим, оно вполне применимо). Опять помяну здесь дедушку Ленина с его «важнейшим из всех искусств для нас является кино»...

Вот вам, уважаемые читатели, обещанная статья о моих прогнозах (знаю-знаю, дело неблагодарное) на развитие событий в третьем сезоне «Шербета». Скажу сразу – никакими инсайдами не владею, суета это, а вот инсайты – да, практикую. Впрочем, как и любой человек, понимающий ценность (вернее – бесценность) слова. Поехали. Фатих – Гёркем. Дай Аллах, бойкая молодуха выживет. А сама ли она вылетела из окошка или ей помог Фатих – вопрос, при таком психическом состоянии обоих, скорее всего, останется открытым...

Браво. Браво съёмочной команде и продюсерам «Шербета». Они не только сделали исключительный по накалу страстей финал второго сезона, но и изрядно заморочили головы зрителю) А что творится сейчас в турецких (и не только) социальных сетях... Вай вай вай. Сразу по поводу изменений каста сериала – здесь не стоит ни огорчаться, ни обольщаться. И хотя четверо (из пяти) кандидатов «на вылет» (Рюзгяр, Умут, Чимен и Алев) уже письменно попрощались со своими поклонниками, но сделали они это как бы оставив простор для зрительской фантазии...

Если вы живёте не соло, а семьёй, тем более – с детьми, то любое ваше утро таким и будет. Но начало нового дня в особняке Уналов, показанное нам в финале 64-й серии, вот прямо заслуживает золотой статуэтки в данной номинации. Спасающаяся бегством госпожа Пембе, избитая, в страхе жмущаяся к дверям лифта, Нилай, растерзанная Гёркем на полу… Вай вай вай, а кто это сделал? Кто сотворил бесчинства, мы обязательно узнаем чуть позже. А сейчас вернёмся немного назад, к тому условию, которое поставила бывшему мужу красавица Доа – как непременное для её возвращения в объятия небритого нарцисса...

Не так давно, когда весь мир в прямом эфире следил за судом над казахстанским упырём, я услышала от комментирующих процесс умных людей интересную мысль. – Семьи, истово поклоняющиеся Мамоне, достигшие «по жизни» немалого богатства, расплачиваются за нажитое состояние своими детьми. В «Шербете» таких состоятельных семейств, на всём протяжение этого занимательного повествования, показано несколько, но сейчас мы рассмотрим только два из них – наших любимых Уналов и семью их новой невестки. Детки и там, и там весьма проблемные...