Кот в облаках

Шагнула в мою жизнь война... Не вовремя, нежданная, некстати. Спасибо тебе, Господи за всё, Врагов прощенных я придал пощаде. Зажала сердце боль – песчаная тоска, Забыто многое и нет очарований, Гул выстрелов как будто сотни лет, Как будто десять жизней за плечами...

Восьмого марта, по дороге с работы, Володя зашёл в магазин. В гастрономе, у полки с молочной продукцией, он обратил внимание на примечательного старика. Собственно, ничего особенного в его внешности не наблюдалось. Однако во всём поведение его, в движениях и позах была обозначена неуверенность и даже растерянность. Дед держал в правой руке смятый чёрный целлофановый пакет, а свободным указательным пальцем отсчитывал мелочь на ладони левой руки. Володя поймал себе на той мысли, будто непременно хочет перекинуться парой слов со стариком...

Эта невинная история могла произойти где угодно. Но судьбе было нужно, чтобы случилась она не где-нибудь в известном городе, а в посёлке городского типа под названием «Шато-шалон». Местные жители рекомендуют его как «небольшой городок в Юре, французский регион бургундия-франш-конте».  Ох уж эти иностранцы! Как только не назовут они свои деревни - лишь бы название было подлиннее, да позаковырестее. Будто бы в городах с такими названиями лягушки вкуснее! Почему лягушки? Да потому, что о них и пойдёт речь в этой трагикомедии...

Жизнь в геронтологическом центре под незамысловатым названием "Забота" шла своим чередом. Все происходящие здесь события заключались в просмотре телевизора, ожидании медицинских процедур и приемов пищи. Бывало кому-то из стариков становилось плохо, иногда кто-то умирал. Тогда в этом доме пристарелых становилось вовсе тихо. Каждый понимал приближение неминуемого. Бывало в такие дни бабушка Катя брала в руки облезлую балалайку и громко пела весьма занятные частушки собственного сочинения. Через открытую дверь ее комнаты веселые звуки наполняли коридор дома пристарелых...