Арина Соболева (рассказы)

А как всё начиналось. Он ведь был в неё влюблён с первого курса, добивался, стихи писал, под окнами общежития ночами ходил и ждал, пока она в окошке появится, чтобы хоть глазком… Цветы дарил, всю стипендию на подарки тратил, пусть недорогие, но до сих пор все до единого сохранила...

Наблюдавшие за этим действом зрители ликующе восприняли изменение правил игры. На Вику будто обрушился восторженный звериный рёв сотни монстров. Ведущий на мгновение смутился, но сделать они ничего не могли...

«Пусть они засунут свои деньги себе в одно место! Она никогда не станет такой, как Эльза! Не нравится им? Ну и пошли к чёрту! Она будет верна себе до последнего, и даже если умрёт сегодня, будет приходить к ним в страшных кошмарах каждую ночь с простреленной башкой, пусть любуются»...

Она открыла глаза. В центре сцены стоял огромный круглый стол, вокруг стола стояло несколько стульев, а над каждым местом висел экран с номером. Вика посмотрела в зал, но там была кромешная темнота, она не видела людей и не представляла, сколько глаз сейчас смотрит на неё...

Коль вы уже здесь, вам придётся начать игру и довести её до конца. Других вариантов выйти отсюда у вас нет. Если вы откажетесь делать ход – вы ПРОИГРАЕТЕ, если во время игр вы не будете выполнять указания...

- Вот ты дурёха, Филатова! Я тебе такую возможность заработать предлагаю, а ты всё блеешь, как овечка. Я же говорю, этих папиков богатеньких в жизни ничего уже не радует, окружили себя жёнами и любовницами тупоголовыми, с ними ведь и поговорить не о чем...

Ведь её прапрабабушка вышла замуж за мужчину, которого до свадьбы даже не видела, но потом прожила с ним в любви и счастье целых семьдесят три года. А её прабабушка влюбилась в её прадедушку, когда тот спас её, тонущую в озере, и через неделю после знакомства они поженились...

Шкатулка! Она пропала! Разъярённая Алёнка ринулась в прихожую за телефоном, снеся бедный вялый фикус, что оказался на её пути. - Привет любимая! – заржал в трубку Эдик. - Засунь свою любовь в одном место, Козельцев! Где шкатулка? – зашипела Алёнка...

- Ах ты ж, чухоблох коровий! – распалялась подруга.- А у тебя харя не треснет по диагонали зигзагом? Леонардо ты недовинченный! Я тебе что, тёща Абрамовича? Мужичонка хватал воздух ртом как беспомощный карасик, но слова его будто не могли пробиться сквозь стену словесного града Петровны...

- Слышишь, Настя, я тебя всю жизнь ждать буду! Ты только прикажи! – кричал он мне вслед. - Жди меня, Мишка. Жди! – крикнула я обернувшись, весело смеясь и размахивая сумкой.

Агриппина Николаевна начала швырять яйца из окна ревущего автомобиля. Но так как она в своё время была учителем русского языка, а не физики, рассчитать траекторию полёта яиц из автомобиля, несущегося навстречу ветру, не удалось, и весь десяток теперь стекал по лобовому стеклу лисички...

Хотите, верьте, хотите - нет, но поезд под названием «любовь», в котором чета Васнецовых тряслась долгих пятьдесят лет с хвостиком, потерпел крушение, когда супругам было уже с лишком за семьдесят.