Пикантные Романы

– Какой же ты мерзавец, – прошипела я и развернула ноутбук так, чтобы Леня мог увидеть фотографию, ту самую фотографию: он, с бокалом в руке, и девица щека к щеке, фото подписано дерзким “Скучно без тебя…” и сердечком. – Мало того, что ты мне изменяешь…– я буквально задыхалась от гнева, – Так твои… подружки еще присылают мне эти фото… Зачем?! Скажи, Леня, неужели ты не в состоянии гулять так, чтобы твоя жена, с которой, хочу заметить, ты прожил почти пятнадцать лет не знала об этом? – Алиса, ты...

За окном неторопливо падает снег, мерцают разноцветными огоньками оплетающие стволы деревьев гирлянды, покачиваются на ветру яркие вывески. По тротуару неуклюже шатаясь, ходит человек в костюме снеговика. Всучивает в руки прохожих рекламные флаеры и зябко ежится. Невольно улыбаюсь, посматривая за ним через окно. Меня сегодня все радует… Любая мелочь… Снег, ветер, новогодние огоньки, назойливые люди с листовками… Это ведь такая ерунда, сущий пустяк. Разве это может сравниться с тем, что происходит...

– ...Мужчина, как коньяк, с годами только лучше становится. Успешных и состоявшихся среди моих ровесников не встретишь, – молоденькая маникюрша громко встряхивает пузырёк с лаком. В салоне пахнет жжённой пылью из-под пилки и цитрусовым ароматизатором. Из-за ближайшей ширмы тоже доносится чей-то разговор. – Я пока своего не встретила, думала, что настоящих мужчин и не бывает. У молодых парней ветер в голове, – мастер многозначительно крутит пузырьком у виска. – А в постели, так вообще ничего не умеют...

Сердце начинает биться чаще. Щеки горят. Чувствую себя школьницей, которая идет на первое свидание. Сегодня я решила устроить Никите довольно необычный сюрприз. Вычитала в интернете, что есть один, кхм-кхм, довольно экстремальный метод, который помогает разжечь угасший огонь в отношениях. Пять лет брака, рутина, быт. Мы с мужем давно не были… Близки. Никита постоянно задерживается на работе. Стал вечно усталым, ворчливым, угрюмым. Списывает это все на загруженность. У него на носу заключение одного очень важного для его фирмы контракта, поэтому я понимаю мужа...

Ариша устала, и уснула, причмокивая. Прижавшись теплой щечкой к моей щеке, спала крепко. - Прекратите шуметь. Что за невоспитанная семейка Аддамс? – прогундела орчиха с верхней полки. Фу. Женщина, жена того самого мужика с нижней. - Сейчас порешаем, как спать будем, и ляжем, - бубнит недовольным сонным голосом Мария Федоровна. - Тоже мне решала нашлась. Вырастешь, будешь «решать» ажурные трусики носить или бусики, а пока быстро спать! - Как вы смеете говорить ребенку подобное? - шиплю я. - Матрешки,...

Я вхожу в кафе, где меня уже ждут две мои лучшие подруги, и сразу замечаю, что с ними что-то не так. Лица слишком серьёзные, и они не улыбаются, как обычно. Сердце пропускает удар, в груди поселяется предчувствие беды. – Привет, девчонки, – киваю я, настороженно всматриваясь в их лица. – Вы чего такие притихшие? Что-то случилось? – Сядь, Лен, – просит Наташа, указывая мне на стул. – Ладно, – пожимаю я плечами и присаживаюсь. – Да что у вас произошло? – Ты выиграла, – тихо произносит Даша, достаёт из сумочки белый конверт и кладёт его на середину стола, стараясь не смотреть мне в глаза...

Чашкой горячего кофе согреваю замёрзшие пальцы, наблюдая за тем, как опадает листва с деревьев. Солнце уже несколько дней прячется за серыми тучами. И мне так же хочется спрятаться за ними, как за щитом, чтобы не слышать тех слов, которые кидает мне в спину, как острые дротики, мой муж. – Ты пустая! Ты даже родить мне не можешь! Да ты даже не женщина, подобие! – негатив льётся с его уст рекой, а мне даже ответить нечего. Скандал со свекровью начался на пустом месте. Муж вступился за мать и начал наседать на меня...

Ужин доставили ровно через сорок минут. Из нашего же ресторана «Гранд-Крю», флагмана нашей сети. Курьер, разумеется, летел сюда со скоростью света, потому что знал: Егор Сергеевич не прощает опозданий. Наверное, ради этого парень даже нарушил пару законов физики. Я сижу с бокалом ледяной воды с лаймом и наблюдаю за мужем. Для любого другого человека это была бы обычная распаковка еды. Для Егора это ритуал. Симфония контроля. Он даже мне это действо не доверяет. Он закатывает рукава белоснежной рубашки ровно на два оборота...

Как я могла не заметить? Как могла проспать момент, когда муж стал другим? Не просто отдалился - ушёл. К той другой, которую сын Андрей привёл к нам в компанию. Её зовут Инна. Училась за границей на пиарщика. Умная, стройная, с яркими глазами, в шелковых блузках и с блеском на губах. «Лида, она перспективная, таких держать надо!» - хвалил ее муж, восхищался её идеями, ставил в пример. А я - глупая - улыбалась, верила, что ему просто нравится, как она работает. Медленно еду к дому. Стараюсь прийти в себя, все обдумать...

Едва мужчина силой затащил женщину в дом, как все собравшиеся притихли, глядя на вошедших гостей. Наргиза с ужасом смотрела на родных, зная, что через несколько минут ее жизнь разлетится на осколки, словно хрустальная ваза, брошенная с высоты. - Я возвращаю Наргизу назад, - слова вырываются из груди Анзора хриплым, беспощадным рычанием. Его пальцы впиваются в локоть жены с такой силой, что она вскрикивает от боли, едва удерживаясь на подгибающихся ногах. Одним резким движением он отшвыривает ее от себя...

Игорь стоит в прихожей перед зеркалом и накидывает поверх белоснежной рубашки пиджак. Ткань послушно ложится по широким плечам и оживает лёгким сиянием, будто впитала в себя свет раннего утра — этот дорогой костюм цвета мокрого асфальта он купил для переговоров с крупными клиентами. Потом на запястье защёлкиваются тяжёлые часы, сверкающие, словно символ побед. Движения Игоря размеренные и уверенные, как у человека, который привык добиваться своего. Я наблюдаю за ним через дверной проём из кухни, сидя за столом, и держу в руках кружку с кофе, которая приятно согревает ладони...

Я выхожу из такси и замираю на тротуаре, сразу заметив их: муж сидит за столиком возле окна, напротив — какая-то девица, которая накручивает волосы на палец и смеётся слишком легко и расслабленно. Сердце пронзает болью. В глазах на миг темнеет, но я твёрдо стою на ногах. Тут же отворачиваюсь — если Влад меня увидит, то придётся реагировать мгновенно. Будет скандал, развод, а мне нужны время и тишина, чтобы обдумать и всё сделать правильно. Через дорогу находится небольшая кофейня. Внутри горит жёлтый свет, а вот безлюдная терраса утопает в полумраке...