Чело Веков

Весна всегда даёт повод думать, что всё только начинается. Все неурядицы и потрясения останутся в прошлых холодных буднях, а процветание и безмятежность ожидают нас в будущих теплых днях. Именно так и думал Валерьян, прогуливаясь вдоль старенького коридора свой квартиры, от комнаты к кухне и обратно. Заглядывая по переменно, то в открытую дверь холодильника, то в сияющий экран монитора плазмы. Он нарезал неровные куски хлеба, закладывая их такими же убогими кусками колбасы и спешил обратно к телеэкрану изо всех сил стараясь не нарушить гармонии между двумя животными удовольствиями; смотреть и есть...

Просьба относится к моей безграмотности с терпением. Аванс. Все мы когда то были маленькими, наша память бережно хранит воспоминания о том времени, которое иначе как сказочное назвать нельзя. Но к несчастью время слишком быстро бежит вперед, можно даже подумать что оно специально с нами заигрывает. Если внимательно за ним следить, не отводить глаз от циферблата часов, то примерно через пять минут, этот процесс покажется нам необычайно нудным и мучительно долгим. А определенный период своей жизни, мы внезапно задумаемся ''уже сорок пять'' и все эти годы будут похожи на кучку разбежавшихся цыплят, вернуть которых не представляется возможности...

- Привет 25+10+19+20+29+11=114=6. Я всегда мечтала с тобой познакомиться, можно!? – произнесла приятная во всех отношениях девочка. - Да, привет. Конечно. – Ответил 6. - Ты такой необычный, все смеются над тобой. Но на самом деле они бояться, хотят защититься от тебя. Смех же символ равнодушия и глупости. Я не такая, веришь мне!? - Не знаю. - Ну так ты почувствуй. Галактика мысли только мешает. Что говорят твои клетки? - Они молчат. - Ты просто не умеешь их слушать, - улыбнулась черноволосая. – Позволишь мне прогуляться и быть с тобой? - Хорошо. Она обвила его ладонь своей кистью. Две пары шагов застучали вдоль каштановой аллеи...

Тяжелый мешок из серого полипропилена, с грохотом приземлился в пустой мусорный контейнер и распугал всех летних птиц. За ним сразу полетел второй, третий и очередной, опустошая кузов недавно подкатившего автомобиля. А в стороне стоял мужчина в чёрной восьмиугольной кепке и спортивном костюме известного производителя, грыз семечки, меланхолично взирая на происходящие. К тёмно-зелёному контейнеру направилась женщина с явным желанием избавиться от бытового мусора. Вид припаркованной ''ГАЗели'' не смутил её, а вот брошенные попутно мешки, а тем паче, тяжелая строительная пыль, двинувшаяся на неё...

Взбесившийся телефон расколол предрассветную негу и в комнате громко запел Дима Маликов. Изнеженный голос и мотив известной песни, не приносил положительных эмоций, а лишь только возмущение прерванного сна, объятые раздражением снятия трубки. Из укрытия недовольно вылезли две белёсые ручки и скинув одеяло, обнажили беззастенчивые женские плечи, а лицо, словно сопротивляясь дневному свету, накрылось россыпью волос цвета безлунной ночи. Перевернувшись она отправила на разведку одну из своих тонких рук, та пошарила по постели, порыскала по тумбочки и разыскав беспардонного артиста, потянула его к хозяйки...

Заснеженным февральским днём, из здания городского отдела полиции вышел круглолицей лысый человек в коротком коричневым пальто. С серьезным видом он направлялся к стоянке автомобилей. Напротив гордо возвышавшегося знака ''только для служебного пользования'', его окликнул мужчина в форме. - Семеныч! Круглолицей мужчина обернулся в сторону источника явно знавшего его имя и замер в ожидании. - Здравия желаю! – сказал подошедший протягивая руку. - Здорово! – сказал Семеныч, ответив на рукопожатие. - Ты случайно в Пролетарский не поедешь!? – с надеждой в голосе, якобы невзначай поинтересовался капитан...