Александр Гутин

Знавал я одну даму благородных кровей, дочь бывшей продавщицы комиссионного магазина и машиниста электровоза. Дама была статная, кровь с молоком, грудью высока, бровью черна, лицом лепа. Но со временем кровь стала пожиже, а молоко подкисло, случилась с дамой беда. Захворала она тяжко. Болезнь была, скажем сразу, нехорошая. Опасная для здоровья и даже жизни. Кинулась она к врачам, слезы градом, мол, лечите меня, эскулапы дорогие, я ведь и жизни этой не видала толком, обидно помирать во цвете лет. Доктора почесали в затылке и принялись за лечение. Лечили долго. Даже пару операций сделали. Консилиумы устраивали, новейшие лекарства применяли...

На выезде из Тольятти остановили инспектор дорожного движения. Попросил документики. Я в свою очередь попросил представиться. Представился. Предоставил документики. Кстати, никто не знает, почему ГИБДДшники любят называть документы уменьшительно-ласкательно? Документики. Это такие маленькие паспорта для гномиков. — Употребляли? — спросил инспектор. — Смотря что. — Я имею в виду пили? — Пил. — Пили??? — Ну, да. Кофе. Минут сорок назад. — Умный что ли? — Что вы, какой я умный? Такой же, как вы. — В смысле? — инспектор явно почуял подвох, не понимая какой конкретно...

Лев Абрамович любил смотреть футбол. Кроме футбола Лев Абрамович иногда смотрел новости. Внимательно выслушав новость о том, что на полях Кировоградской области был собран рекордный урожай кукурузы, он непременно вздыхал и говорил: — Кукурузу они собрали. Кусен тухес… Кукурузу они собрали… Потом он откладывал ножницы в сторону, брал со столика пульверизатор и, нажимая резиновую грушу, брызгал «Шипром» на причёску довольного клиента. Клиент благодарил, платил тридцать копеек и уходил. А Лев Абрамович,...

Понятия еврей у нас и в Израиле несколько различаются друг от друга. У нас еврей это сами понимаете кто. Это я, например. Или Кобзон. Или Виторган. Или академик Ландау, или Марк Фрадкин, или стоматолог Изя, или скрипач Хейфец, или сосед дядя Яша, или даже Жириновский, прости, господи, не к ночи упомянут. Никому не надо объяснять, кто такое еврей. Это — вон тот чувак в очках. Или вон та женщина с шиньоном. В принципе, такой же бывший советский человек, только еврей. Такое вот отклонение. Кто-то косит, кто-то хромает, а я вот, полюбуйтесь, еврей...

Александр Блок ходил по проституткам, но так боготворил свою жену, что не притрагивался к ней пальцем. Жена Александра Блока утешалась с Андреем Белым. Андрей Белый устроил интимный триумвират с Валерием Брюсовым и истеричкой по имени Нина Петровская, воспетой в сногсшибательном романе о дьяволе и ведьмах «Огненный ангел» (рекомендую). Валерий Брюсов был приличным человеком, а вот Нина Петровская позже вышла замуж за Соколова-Кречетова, который клал руку на колено юного гимназиста Шершеневича и спрашивал его, потерял ли он уже невинность. Зрелый Шершеневич крутил роман с поэтессой Надеждой Львовой, и она считала, что он её не любит...