Миры Кошки Мёбиуса

- О’Тул, ты что творишь? – вскрикнула магичка, когда, обернувшись, обнаружила, что охранник жадно пьет из ведра неизвестную жидкость. – Прекрати, немедленно! С тем же успехом она могла обращаться к пустому месту. Тогда Ларри, недолго раздумывая, поступила иначе. Повинуясь ее жесту, воздух перед не обращающим ни малейшего внимания на призывы магички Гартом сгустился, закручиваясь в спираль, и распрямился подобно отпущенной пружине. Воздушная волна упруго ударила охранника в грудь, заставив пошатнуться...

*** Собачонка отлипла далеко не сразу. После того как отряд двинулся в путь она еще некоторое время следовала за ними: то неторопливо труся позади последнего из всадников и неизменно сохраняя почтительную дистанцию, то шурша в подлеске вдоль какой-либо из обочин дороги, - а потом, когда местность пошла на подъем и к шелесту листвы добавилось журчание бегущей неподалеку воды, как-то внезапно исчезла. Впрочем, на это исчезновение мало кто обратил внимание. - Слава небесам! – с непередаваемым восторгом произнесла Ларри, прислушиваясь к доносящемуся из леса журчанию...

Глава 3. Пока готовился завтрак, Ларри сняла охранный барьер и, потребовав у Дьюина, чтобы он определился с местоположением пригрезившейся ему ночной тени, отправилась изучать окрестности. Впрочем, определяться наемнику особо было не с чем. - Здесь, - уверенно сказал он, остановившись у очередных кустов, располагающихся как раз с того самого злополучного юго-западного направления. – Что, опять будешь про сон говорить? Трава близ кустов была сплошь истоптана, а несколько низкорастущих веток обглоданы, причем оголенная древесина почернела и казалась подгнившей...

Нет, Дегюрджа вовсе не собирался жертвовать курицей, несущей золотые яйца. Два дня назад, в таверне, он сказал О’Тулу правду, хоть тот и не поверил. Убирать спутников, во всяком случае, пока, у наемника не было никаких причин. Даже напротив чутье подсказывало ему, что за них надо держаться до последнего, особенно за этого головастого Хельстайна, который точно что-то знает. Сильфрид, конечно, тоже знал – видать, прослышал где-то что-то краем уха, поскольку читать заумные книжки он точно был не горазд...

- Как нарочно кто подгадывал, - раздраженно сказал Дьюин, пытаясь оттереть пуком сорванной травы рыжую болотную грязь с сапог, когда, сдавшись, они выбрались из топей обратно на тракт. – Воды нормальной нет. Дров считай что тоже. Ну что, попытаемся вернуться, или здесь встанем? - Обидно будет терять пройденный путь, - отозвался Хельстайн. – Думаю, есть смысл все же попробовать переночевать на достигнутом рубеже. Запаса воды нам хватит, да и что-нибудь из сушняка, думаю, отыщется. - Только искать надо сразу побольше, - заметила Ларри...

*** Пожалуй, единственным, кто всерьез воспринял слова наемника насчет постоялых дворов, оказался Монметон, следующие два часа дороги посвятивший размышлениям вслух на тему, требовались ли магическому народцу из легенд места для отдыха во время путешествий, если да, то как они обустраивались, и как вообще эти путешествия могли происходить. Под конец Дьюин, кажется, начал жалеть, что вообще задал вопрос. Подстегнув коня, наемник оторвался от отряда и поехал впереди, когда его внимание привлекло нечто, находящееся в стороне от дороги...

Когда под сводами леса начало смеркаться, путешественники встали лагерем на удачно встретившейся им в пути небольшой полянке. Несмотря на кажущуюся безмятежность выбранного для ночлега места, после того как дрова для костра были заготовлены, Ларри не поленилась обнести стоянку защитным кольцом, а Хельстайн распределил очередность дежурства. То ли вопреки предосторожностям, то ли наоборот благодаря им ночь прошла спокойно. Даже лошади, оставленные за пределами охранного барьера, и те не выказывали признаков беспокойства...

Глава 2. День обещал быть ясным. Неторопливо восходящее светило заливало безоблачное небо расплавленным золотом. Задержавшийся по низинам туман приобретал под солнечными лучами матовую прозрачность перламутра, а тянущееся до самого горизонта море древесных крон выглядело так мирно, как только может выглядеть лес. С лысой макушки холма, отмеченного одиноким покосившимся гранитным столбом, пятеро всадников осматривали окрестности, пытаясь угадать, что ждет их в пути. Позади, на горизонте, в серой дымке едва различались неказистые хибары Заводья, впереди была неизвестность...

- Так ведь одно другому не мешает, - заметил Хельстайн. – Поверьте, благодарность потомков и признание научных кругов никоим образом не отменяет более материальных наград за вполне материальную добычу. Каллаган прищурился, хитро взглянув на ученого. - А вы, мастер, не опасаетесь, что эту материальную добычу могут увести у вас прямиком из-под носа? Я вот слышал, что не далее как три дня назад к Тракту, который никто не видел, но про который все точно знают, что он где-то тут есть, направилась очередная группа искателей удачи...

Гарт шумно засопел, чувствуя, что снова начинает заводиться. Хельстайн умоляюще взглянул на охранника, всячески сигнализируя, что дальнейшее развитие темы ни к чему хорошему не приведет. Впрочем, вряд ли его мимика возымела бы хоть какой-то результат, если бы внимание охранника не отвлекло совсем иное событие. Возле стола остановился высокий поджарый человек в наглухо застегнутой под горло – и это при всей царившей в таверне духоте – кожаной куртке. - Ого, как погляжу, команда уже в сборе, - вкрадчиво сказал он...

Плеснув в порожнюю – возможно, монметоновскую – кружку вина, Гарт сделал приличный глоток и едва не поперхнулся. Нет, небо сегодня явно благоволило ему – по залу, лавируя между столами, презрительно морщась и явно кого-то высматривая, пробирался вестовой. Великолепно! Охранник брякнул кружку на стол и, набычившись, снова поднялся на ноги. - Гарт, ты чего? – удивился Хельстайн. - Ничего особенного, мастер. Я сейчас… Так, парой слов кое с кем перекинуться надо. - Если это не очень срочно, то погоди...

Изнутри таверна выглядела приветливее, нежели снаружи, хотя и не блистала богатством обстановки – так, самую малость подобротнее насквозь продымленных придорожных забегаловок, коих Гарт немало повидал за свою жизнь. За массивными, на совесть сколоченными столами, способными пережить не один десяток пьяных драк, уже собирался народ. Методично опустошаемые кружки стучали по столешницам в ритме копыт пущенной в галоп лошади. Помещение заполнял смешанный запах плохо просушенных дров в камине, давно...