Ася

Саид паша, выслушав султаншу приподнял бровь в удивлении. — Госпожа, я занимаю свой пост много лет и я не понимаю почему должен исполнить ваш приказ? — Саид паша, хотя бы потому, что я заботилась о твоей ненаглядной почившей супруге в то время, когда ты занимался непристойными делами. — Какое это имеет значение теперь?  Кесем замерла. Ведь ей действительно было больше нечем манипулировать. — Неужели ты не понимаешь, паша? Если меня вышлют из дворца — враги растерзают моих детей. В первую очередь Шехзаде Орхана...

Надир ага вошел в покои. — Госпожа, Саид паша ожидает вас в Мраморном павильоне. — Я тебя поняла, Надир ага. Я прошу тебя лично отправиться к мастеру. На рассвете я хочу видеть печатку.— протянула письмо Хана. —Госпожа, правильно ли я понимаю...? Это печать вашего брата? — Верно, ага.  — Но зачем? Это ведь опасно — Ты думаешь я сама не понимаю? К тому же, я не собираюсь перед тобой отчитываться, что от этого изменится? Ты откажешься служить мне? — Что вы, госпожа! Я с вами до последнего вздоха! Молчаливой благодарности в глазах своей госпожи евнуху было достаточно...

Старый дворец. — Госпожа, позиции Кёсем султан укрепились. Она родила еще одного Шехзаде и госпожу. — Знаю, Асие. Но эта женщина вдоволь намучается, тем более, что их с повелителем теперь разделяет огромная бездна. Сначала я лишила ее правой руки, эта Таджлу хатун и правда хорошо разбогатела за счет своей хозяйки! Потом, Султанзаде Якуб. Кстати, ага выполнивший грязную работу получил вознаграждение? Этот бессовестный вытянул из меня столько акче! — Получил, госпожа.  — Маш Аллах, он уже далеко...

Служанки стоящие около покоев Хасеки сообщили Айше хатун о том, что их госпожа чрезвычайно занята и находится в трауре, но девушка сдаваться не собиралась.... — Хатун! Вы меня не слышите? Гюнеш хатун хочет поддержать нашу госпожу! Вам что, трудно сказать ей? — Айше хатун, мы сообщим Кесем султан, ступай уже! — возмущенно прикрикнула одна из девушек и Айше, поняв бесполезность сия дела отправилась в покои своей госпожи с известием, о том, что нужно подождать. *** Гюльнихаль, поняв что мать не успевает следить за Орханом решила посодействовать сама...

Осень, 1519 года. Под проливным дождем мчалась похоронная повозка. Люди оглядывались и негодовали — умер кто-то из членов династии, ведь повозка была украшена золотыми и серебряными нитями, чего не могли себе позволить бедняки, которых на улицах Стамбула все еще было много.  Вскоре повозка остановилась около дворца Топкапы. Опечаленный Султан положил грубую ладонь на гроб и опустил голову.  — Якуб... — в ужасе прошептала Кесем и упала на холодную землю. — Кесем! — Касым тут же подскочил к жене и поднял ее, удерживая на ногах...