Одиночество за монитором

— Ну классно. Вот так ты меня, значит, любишь... То есть я должен сейчас свернуть свою работу и пойти ночевать на вокзал, потому что твоим предкам вдруг приспичило побегать здесь по врачам? — мрачно уточнил Матвей. Полина тяжело вздохнула, глядя в окно и нервно сжимая телефон в руках. Она уже жалела, что согласилась на эту проверку, но что-то глубоко внутри подсказывало: это нужно сделать. Даже если будет неприятно и больно. — Солнце мое, ну не преувеличивай, — примирительным тоном сказала Полина...

– Нет уж, голубчик, так дальше продолжаться не может, – возмутилась Полина Григорьевна. – Почему моя дочь должна работать? Она тебе сына подарила! Наследника! А ты ее на работу выгоняешь! Андрей поморщился, и Полина Григорьевна усмехнулась про себя. Вот так-то, голубчик, правда глаза колет? Зять отвернулся к окну, пытаясь спрятать раздражение. Но Полина Григорьевна видела, как напряглись его плечи под рубашкой. – Сейчас кризис, – ответил Андрей. – Всем нужны деньги, и нашей семье тоже. Коле уже четыре года, он пошел в сад...

– Привет, мамуля! Как у тебя дела? Услышав голос дочери, Мария заметно напряглась. Света никогда не звонила ей первой. И уж тем более не называла ласковыми словами. Что-то здесь определённо было не чисто. Тем не менее, в душе всё же мелькнул лучик надежды: быть может, Света просто соскучилась по маме? – Привет, дочь, – отозвалась Мария приветливым тоном. – У меня всё потихоньку, как обычно. А ты как? – Ой, и не спрашивай, – если в голосе Светы и были тёплые нотки, они немедленно оттуда испарились...

– И это что за работа такая? Ты же просто картинки рассматриваешь, да штаны протираешь, – недовольно протянула свекровь. Алиса оторвалась от монитора и развернулась на стуле. Евгения Павловна стояла посреди комнаты с Кирой на руках, покачивая девочку и разглядывая экран ноутбука с нескрываемым скепсисом. На мониторе застыл макет сайта для кофейни, над которым Алиса работала третий день. – Это рассматривание картинок, – Алиса усмехнулась, – в прошлом месяце мне восемьдесят тысяч принесло. А я ведь в декрете, не могу целый день работать...

Вера Николаевна устало опустила плечи. Виктор Сергеевич молча поднес чашку к губам и сделал глоток, не глядя на дочь. Дарья стояла посреди кухни, раскрасневшаяся от злости, и ждала хоть какой-то реакции от родителей...