Одиночество за монитором

– А мне ты что купил? – спросила Татьяна, когда за мужем закрылась входная дверь. Вячеслав непонимающе посмотрел на нее. Несколько секунд он молчал, будто пытался вспомнить, о чем вообще речь. Этого молчания Татьяне хватило. Все стало ясно без объяснений. Никакого подарка не существовало. – В смысле? Татьяна не ответила сразу. Всю дорогу домой она сама придумывала ему оправдания. Казалось, дома ее ждет маленькая коробочка. Или букет, который он заранее спрятал. Хотелось верить, что муж просто решил сделать сюрприз без посторонних...

– Что опять случилось? Почему ты так на меня смотришь? Полина опустила телефон на стол и виновато улыбнулась. Глеб за семь лет брака выучил эту улыбку наизусть. С таким лицом она всегда сообщала новости, от которых у него портилось настроение. – Мама звонила, – осторожно начала жена. – Зовут нас в июле на море. Как обычно… – С ними, – мрачно закончил за нее Глеб. – Ну а как? Конечно, с ними. – И когда вы успели все перетереть? – Да мама уже отель присмотрела. Тот же, что в прошлом году. – Ну еще бы...

– Да где же их носит? Господи, что теперь будет-то? Что будет... – произнесла себе под нос Тамара Ильинична. Она снова подошла к окну и вгляделась в темноту двора. Сердце колотилось в груди, а мысли все крутились вокруг одной новости. Несколько дней назад до нее дошли слухи от общих знакомых: бизнес единственного сына прогорел. Тамара Ильинична почувствовала, как внутри все похолодело при воспоминании о договоре залога. Пять лет назад она сама ходила в банк, чтобы заложить квартиру ради стартапа Ромы...

– Ох, Ирочка, ну когда же вы приедете? Я же Семушку два года не видела! Родного внука, два года! – причитала в трубку Светлана Васильевна. Ирина тихонько, чтобы мать не услышала, выдохнула и прикрыла глаза. Разговор шел всего три минуты, но сценарий был знаком до боли. – Мам, ну мы же не назло тебе не едем, – попыталась поймать волну спокойствия Ирина. – То у Саши завал на объекте, то у Семена четверть сложная, подтянуть надо было. Да и дорога – сам знаешь, двое суток в поезде трястись. Время, деньги...

– Андрюш, я ресторан забронировала. Нужно подумать, кого пригласим. Марина хлопотала на кухне, одновременно накрывая на стол. Красивые блюда, стильная посуда, идеальная сервировка – она всеми силами старалась окружить мужа заботой. – Пригласи, кого хочешь, мне все равно, – отмахнулся Андрей. – Вообще было бы лучше просто посидеть дома. – Ну что ты, любимый, такая дата… – Дата как дата. Ты скоро? Мне ехать пора. – Как? – удивилась Марина. – У Ромочки сегодня соревнования по футболу, я думала, ты с ним съездишь...

– Да закрой ты ему рот! Надоел уже! Орет и орет! Роман перевернулся на бок и натянул одеяло до уха. Маленький Семен заходился в крике, который бил по барабанным перепонкам. Юлия качнула сына на руках и подошла к кровати. В темноте спальни Роман различал только ее силуэт. – Я не сплю четвертые сутки, – прошептала Юлия. – Встань хоть раз. Один-единственный раз помоги мне. – Мне в семь часов на работу, – буркнул Роман, зарываясь носом в подушку. – Деньги в дом кто-то должен приносить. – Деньги? – переспросила Юлия...

– Смотри какой миленький! А этот? И этот тоже! – Майя листала фотографии котят из приюта Кирилл подошел и поцеловал ее в макушку. – Можешь выбрать одного. Не двух, не пять и тем более не десять. Одного котенка, Майя. И это не обсуждается. Майя картинно надулась, изображая на лице вселенскую скорбь. Кирилл отлично понимал: это чистое представление, и Майя прекрасно осознавала, что он не купился, но спектакль должен был быть доигран до конца. – Ты только представь: он сидит совсем один, тоскует, глаз не сводит с двери и ждет, когда мы вернемся...

– Лер, ну ты хоть сама-то понимаешь, как это со стороны выглядит? Ты на работе горбатишься, а он дома с поварешкой сидит. Стыдоба да и только. – Мам, его поварешка нас, между прочим, прекрасно кормит. И я свою работу люблю. – Любишь… Я хотела чтоб тебе нормальный мужик попался. Чтобы за ним – как за стеной. А этот что? – Я за Артемом и так как за стеной. Просто стена другая, не такая, к какой ты привыкла. Валерия раздраженно отключила вызов и положила телефон на пассажирское сиденье. Проезжая серые пригородные пейзажи, она пыталась унять недовольство...

Лариса усмехнулась и покачала головой, отодвигая его руку. Повторять прошлые ошибки она не хотела. Ей хватило кошмара с первым замужеством, чтобы разочароваться в браке. Она фыркнула. Штамп в паспорте для нее ничего не значил...

– Спасибо вам огромное, что выручили, – Полина устало прислонилась к косяку. – Без вас я бы вообще не справилась. Лариса Петровна задержалась в дверях, неторопливо завязывая шарф. – Да брось ты, – отмахнулась бывшая свекровь. – Не за что тут благодарить. – Как это не за что? Вы через весь город тащитесь ко мне. Время свое тратите. – Полина, ну полно тебе, ей-богу. – Лариса Петровна мягко улыбнулась. – Развод с Мишей – это ваши дела. А Никитка мне родной. Кровиночка моя. – Я понимаю. – Ничего ты пока не понимаешь, – Лариса Петровна похлопала ее по плечу...

– Артем, ты невесту что ли себе завел? – Зоя недоверчиво осмотрела сына с ног до головы. – Школу оканчиваешь, а глаза блестят явно не из-за учебы. Объясни, куда ты уходишь каждый четверг? Как только четверг, так тебя словно ветром сдувает... Сын замер. Почти два месяца Артему удавалось покидать квартиру незаметно. Но сегодня Зое удалось подкараулить сына возле двери. Она больше не собиралась терпеть его странное поведение. Артем хорошо учился, но на носу были экзамены. Поэтому времени для глупостей и непонятных развлечений у него не было...

– Нет, это ерунда какая-то… Или недоразумение, – прошептал Паша себе под нос... . ..Он окреп только к августу. Едва начал ходить по комнате без трости, попросил у матери документы на дом. А теперь сидел и перечитывал выписку по третьему разу, не понимая ни строчки. Собственник значился один. Зотова Марина Львовна... – Лена, – позвал Павел сипло. – Иди сюда. Тут какая-то ошибка вышла. Елена заглянула в бумагу через плечо мужа. Никакой ошибки не было. Дом, на который ушли все их сбережения до последней копейки, принадлежал свекрови...