Акварель жизни

Семейная жизнь Марии и Андрея катилась по накатанной колее, спокойно и размеренно, без бурных потрясений и громких скандалов. Ну, бывали мелкие недоразумения, куда же без них, но это так, пыль. Андрей любил и берег свою жену, а когда родился сын Пашка, он как раз получил премию и купил на нее золотое кольцо с аквамарином. Когда-то Маша прочитала, что ее камень аквамарин, и почему-то муж это запомнил. Увидев кольцо, он сразу его купил. И ведь попал прямо в ее размер. - Андрейка, спасибо, как же я счастлива, какой дорогой подарок, только вот всю премию на него...

Осенняя погода в тот день была необыкновенно теплой. Солнечные лучи золотили пожелтевшую листву, легкий ветерок шевелил ветви деревьев, и казалось, что мир замер в этом хрупком, обманчивом покое. Нина Захаровна надела нарядное платье, в котором ходит в церковь, сверху накинула теплый жакет, осень все-таки. Рядом стояла пятилетняя внучка Вероника уже в красивой кружевной косынке и в легкой курточке. Внучка смотрела на себя в зеркало в прихожей, которое было почти до пола и крутилась. - Бабушка, а я красивая? - спрашивала она...

В своей деревне Михайловке присматривался Кирилл к девушкам, но ни одна не трогала его за сердце, ни одна не приглянулась так, что захотелось бы прожить рядом всю жизнь. А лет ему уже двадцать восемь. Мать пилит, родственники пилят: - Кирюха, сколько можно в холостяках ходить? Твои друзья и ровесники скоро детей в школу поведут, а ты все бобылем живешь. Кирилл трудолюбивый, покладистый, симпатичный, высокий с карими глазами, да и в плечах после армии раздался. Многие девчонки на него заглядывались, а он все искал свой идеал...

Варвара Кузьминична, женщина крепкая, но с усталыми глазами, стояла у калитки соседки Таи. Солнце уже припекало по-майски, обещая скорое лето, и куры, словно чувствуя это, с остервенением лезли под штакетник, норовя попасть в чужой огород, где земля была мягче и червяков больше. - Тая, я ненадолго, - говорила Варвара, - в торговый центр надо, на носу лето, а у меня обуви приличной нет. После обеда вернусь. За курами присмотри, а то они у меня совсем от рук отбились, так и лезут к тебе в огород. - Да присмотрю, присмотрю, Кузьминична, не переживай, - кивала Тая, вытирая руки о передник...

Вера Сергеевна стояла в дверях и смотрела, как её дочь аккуратно складывает в старую, но ещё крепкую сумку тёплые вещи, учебники и баночку домашнего варенья. - Дочка, переживаю я за тебя, хоть и знаю, что ты на глупости не способна. Но в городе столько соблазнов, легко можно потерять себя. Подружек особо не слушай, если увидишь, что они тебя не туда тянут. У тебя своя голова на плечах. Парням тоже не верь, городские они шустрые, вмиг окрутят, включай свои мозги. - Мам, да ты мне уже две недели говоришь одно и то же, - улыбалась Варя, заправляя за ухо выбившуюся прядь...