Наталья приёмная мама подростка

Это один из моих старых рассказов. В первый год нашей совместной жизни с Алиной я забрасывала её вопросами. Мне хотелось заглянуть в её прошлое — понять, как оно вылепило её взгляд на мир, её логику, её страхи...

Сегодня я расскажу главное — о судьбоносных, неисправимых последствиях жизни на дне. О том, что происходит, когда ребенок формально не болен, но его детство прошло там, где элементарные законы биологии были поставлены с ног на голову...

В прошлый раз я уже писала об абсурдной, на мой взгляд, ситуации. Моя приемная дочь Алина — студентка. На лето она захотела официально устроиться на подработку, всего на месяц-другой. И знаете, что в итоге? Она теряет государственные пособия...

Алина вернулась из лагеря раньше, чем планировалось. Я забрала ее на машине из лагеря. Алина вышла с таким обиженным лицом, что у меня сжалось сердце. — Всё отлично, мам, — сказала она первым делом, чтобы меня успокоить...

Это случилось совсем недавно, почти случайно. Я зашла в детскую поликлинику забрать медицинскую карту — думала, что должна сама отнести её во «взрослую». В регистратуре женщина сказала: «Вам заведут новую, взрослую...

Вчера я смотрела, как она собирает огромный чемодан. Колесики жалобно скрипят на каждом повороте — прямо как я в последнее время. Алина ходит по комнате, хмурится, кидает футболки, шорты, блокнот для вожатских заметок...

Первого июня исполнится девять лет, как Алина живёт в моей семье. Много это или мало для становления личности — не знаю. Мне иногда кажется, что она намного старше своих восемнадцати. А в другой день она...

Я забрала Алину из приюта 1 июня. В августе опека сделала все документы на постоянную опеку. Дочка пошла в четвертый класс. С первого дня стало понятно: ей будет трудно. Огромное отставание по школьной программе, отсутствие знаний самых элементарных вещей...

Подарок без повода Моей Алине в августе девятнадцать. Для окружающих она — воплощённая серьёзность: рассудительна, собрана, самостоятельна. Но я-то знаю: где-то глубоко внутри, за этой взрослой броней, по-прежнему прячется звонкий, озорной ребёнок...

Звонок от подруги из группы поддержки приёмных родителей: — Ты же про биопоиски писала? У нас Инна… ей уже девятнадцать, а она снова плачет. Поговори…. Посмотри, что прислали. Я посмотрела. Поговорила...

Я работаю в колледже преподавателем много лет. И давайте сразу договоримся: о том, что «раньше трава была зеленее», я рассказывать не буду. Школьники и студенты списывали всегда. Я и сама, будучи студенткой, прятала шпоры в рукав и чертила иголкой на карандаше  формулы...

Я всегда старалась быть для Алины не просто опекуном, а опорой. Той самой «приемной мамой», которая не дает готовых решений, но учит держать равновесие. Когда ей исполнилось восемнадцать, я перевела на её карту ровно сто тысяч...