Завалинка

В мире сказок и фантазий, чёрно - белых лебедей, И таких больших Евразий и прекраснейших людей Проживают фантазёры, кукловоды, циркачи… Феи, Карлсоны с мотором, айболитные врачи. Дед Мороз и ёлка...

Приватности заброшенной судьбы, Души, забытой, страстные порывы... Ворота сторожат златые львы... А над рекой серебряные ивы... И больше нет на свете ничего, В огромном мире пусто и безлюдно… Обрывки снов, беззвучное тангО… К безмолвию привыкнуть очень трудно...

Мне давно уже не снятся Перламутровые сны. И откуда же им взяться? Если месяц до весны. Да, всего какой-то месяц, Снегопадоветряной. С голольдом и чисткой лестниц И звенящей тишиной. С ясным небом в полнолунье, Звёздной россыпью на нём… Околдованный колдуньей, Спящий сладким зимним сном...

Ушедших дней разбитое стекло,                Звездой, упавшей, сломанное небо…                Сплошной чертой сквозь время пролегло                Упав в карман засохшей коркой хлеба…                Безмолвный крик расстрелянной мечты ,                Щепотка соли – маленькая радость                Среди кромешно-серой суеты ...

Осенний вальс кружил опавшую листву,                В вечерний час над тихой танцплощадкой…          Менял Амур на арбалете тетиву,                Закусывая выпитое сладким.                Бездомный кот гонял по парку голубей ,                Свалили...

Здесь неурядиц всех переплетенье, Забытых дел, несбывшихся надежд … Игра теней и всплески вдохновенья, Пристанище заблудших и невежд … Тут говорят на языке вселенной, Играет кровь на вздутых желваках … Здесь поцелуй считается изменой, Легко остаться просто...

Вот и пришла она – поздняя осень, - Морось туманов и слякоть дождей. Ветер листву по округе разносит, Холод в дома загоняет людей. Снежные тучи уже на подходе… Лапою нос закрывает щенок… Леший с осмотром по просекам бродит, Прячет охотник утиный манок...

Он уснул за столом, в холостяцкой квартире, И приснился ему старый дом у реки… Самый близкий во всём этом призрачном мире, А вокруг – васильки, васильки, васильки… И плывут облака над рекой и над домом, На крылечке сидит постаревший отец… Под навесом тюки прошлогодней соломы, Мама варит в поварне свиной холодец… Всё как в прежние годы, - родители живы, На...

Однажды ты придёшь, и я пойму, Что мне пора в другое измеренье… Мне умирать не страшно…я приму Последний вздох…последнее мгновенье… Мы все уйдём, нам так предрешено Из праха в прах…Душа простится с телом… За упокой души нальют вино, И вспомнят всё, что...

Я научился жить один, (В том нет твоей вины…), Среди напыщенных витрин, Звенящей тишины… Среди разлук и новых встреч, Среди кромешной тьмы… И больше не хочу стеречь Обрывки слова – «МЫ» … Живу «сегодня», не «вчера», Его я отпустил...

Весна обрушилась неожиданно, затяжным дождём, который смыл все воспоминания о накопившемся за февраль снеге. Предоставив вместо него лужи и весеннюю распутицу.      Акимыч проснулся от нарастающего стука дождя о жестяное перекрытие навеса около веранды. Проворчав по привычке что-то себе под нос, старик прошёл на кухню и поставил на газовую плиту наполненный, с вечера, чайник. После чего умылся и пройдя в комнату присел около стола. Скрутил привычными движениями самокрутку, прикурил и смачно затянулся...

С раннего утра шёл дождь. Да такой сильный, что на улицу не выйдешь. А в огороде еще были дела. Акимыч собирался ботву картофельную пожечь, а оно вона чего, - дождь. Все планы поломал, окаянный. Раскурив козью ножку и заварив свежего чая, Акимыч достал из кладовой валенки. Проверил подошву и понял, без  подшивы зиму не проходить. Принёс сапожный ящик да два голенища от изношенных уже валенок, из них и будет новая подошва, самое то что надо. Дратва и шило были всегда наготове. Работа закипела. Старик не любил спешки и всё делал основательно, не торопясь...