Сундук с историями

*** Случилась тем летом на Рязанщине неприятность: какой-то военный склад неподалёку от Городецкого грохнулся, да так, что по округе снаряды, словно шутихи, разлетались. Здорово испугались селяне, по погребам да по чуланам попрятались от такого лиха, - но всё обошлось. Посекло кое у кого стены домов, животина местная с испугу доиться временно перестала, но до смертоубийства не дошло. Боженька на сей раз миловал! Деду Баблуха сделала строгое внушение: из дома не высовываться, а то как бы чего худого не вышло...

Давно подписчики жаловались Баблухе, что нет за дедом настоящего присмотра, - вот он и чудит без конца, и бардачит, и всякий урон своему же хозяйству наносит без умного руководства. «Почему социальные службы Скопина бросили нашего дедушку? Почему никто не ухаживает за Матвеем Фроловичем? Он – достояние России, и не только России, но и целого мира!» - справедливо возмущалась взбудораженная общественность. Баблуха с Жабой ржали в голос, читая приватно бредоносиц, но вслух заявляли, что общественные запросы не игнорируют, а даже напротив – прислушиваются...

Как министр предал память 1 июля 1989 года исполняется 100 лет со дня рождения выдающегося советского скульптора, Народного художника СССР Веры Игнатьевны Мухиной. В Москве, которую она любила и где в основном прошла ее жизнь, у входа на ВДНХ установлена прекрасная скульптурная композиция «Рабочий и колхозница». Она принесла ей мировую славу. Это случилось в 1937 году на Всемирной выставке в Париже. Ее работа - памятник великому русскому композитору П.И. Чайковскому - расположена у входа в консерваторию, ныне носящую его имя...

Представляю вашему вниманию отрывок из моего романа "Размышления Иды". В нём рассказывается о том, как в небольшом подмосковном городке узнали о смерти Сталина и как восприняли эту весть... "Потянулись дни, складывавшиеся в недели и наполнявшиеся шёпотом в очередях, полунамёками, шутками-прибаутками за спиной и лаем из репродукторов. Они все – и авторы передовиц, и дикторы, и обличители на собраниях - словно с цепи сорвались. Я отметала от себя всё, что происходило вокруг, решив воспринимать это как дурной сон, который скоро пройдёт...

*** Прикатили Жаба с Баблухой к деду через неделю после того случая с Борькой. Как только они зашли к нему, так тут же и попятились со страху к выходу: из здоровенной лохани прямо на них глядела Борькина голова с рогами и то ли улыбалась разинутым ртом в бороду, то ли скалилась ехидно – не разберёшь. По разным сторонам от главной посудины с головой уставились в полукруг тазы да бадьи помельче, в которые дед засунул другие части покойного Борьки. Сам расчленитель объявился не сразу, а только голову...