Дембельский Альбом

- Рыжик!...- устало опустился на скамейку после нехилого кросса на стадионе учебки Большой и неспешно, со вкусом, раскурил папиросину, - я давненько наблюдаю за тобой... - Большой выпустил коллечко дыма вверх и с веселым прищуром посмотрел на Рыжего. Тот в данный моммент возился с кедом, пошошва которого каким-то непостижимым образом лопнула сразу в двух местах - посередине и на пятке. Вдобавок к этому, узел на шнурке стал "мёртвым", завязавшись наглухо, после которого его осталось только рубить как Гордиев узел...

Утро курсантов начиналось весьма рано и внезапно. - Рота, подъём!!.. - дурным голосом заорал дневальный и мирно спящие до этого курсанты все как один, дружно, как будто только этого и ждали, подорвались со своих коечек и попрыгали в проход между ними, чтобы добравшись до своих баночек ( табуреток ), на которых лежала их "отбитая" аккуратными кирпичиками форма одежды, судорожно-быстро начать натягивать на себя тельник и робу. Какой-то плюс службы в моряках имелся определенно и заключался он в том, что начисто отсутствовала необходимость мотать портянки...

Доктор развернулся было посмотреть на источник звука, но тут же сверзился при следующем толчке поезда в проём между полкой и столом, больно приложившись рёбрами об подпорку стола. Но тут же быстро попытался встать, затылком стукнувшись о нижнюю часть стола. Вагон продолжало потряхивать, видимо, сработало экстренное торможение, а потому вскочившая к этому времени на ноги и отбросившая в сторону тюк с бельем Даша потеряла равновесие, пребольно наступила каблуком на руку выбравшемуся было из-под стола...

К моменту отхода поезда погода испортилась. Пошел мокрый снег, который налипал тяжёлыми влажными огромными хлопьями на одежду и засыпал плотным слоем окружающую суету.  - Ну, что?.. Перед смертью не надышишься, как говорится!... - встал с кресла и закинул сумку на плечо Большой, - В случае заварушки - в кружок, спинками друг к другу, чтобы не одна сволочь, сколько бы их ни было, сзади не зашла!.. Доктор, Рыжий и Дизель молча кивнули в ответ, сосредоточенно глядя на Большого и, подхватив свои пожитки, споро двинулись вслед за Большим навстречу неизвестному...

Боцман уже практически пришёл в себя к вечеру того дня, когда он должен был присутствовать на отходной у Доктора, Рыжего и Большого. Вспомнив своё обещание насчёт алкоголя, он тут же резко вскочил на ноги с коечки. Тяжёлая голова отозвалась звоном и налилась свинцом. Боцман кинулся в угол и цепанул за ремень свой заветный алкогольный рундук. Он оказался на редкость тяжелым и мягким на ощупь, а через секунду из него раздался дикий поросячий визг. У Боцмана оборвалось сердце и его прошибло холодным липким потом...