Александра Кармазина. Писатель

- Прочь! – повторила уже увереннее, толкая при этом. – Вон! Вон отсюда!!! – девушка еще раз толкнула вампира, вкладывая в этот жест всю силу, на какую была способна. Лишь слабый поток воздуха стал ответом, когда вампир подчинился. Он исчез, словно его и не было тут еще минуту назад. Дрожа всем телом, Айра пошатнулась. Упираясь рукой в стену, она всхлипнула. Осознание произошедшего пришло мгновенно, ударяя воспаленное сознание. Воздуха катастрофически не хватало, что вынудило ее упасть на колени...

…ощущение дикого холода. Казалось, это чувство пробиралось в самые отдаленные уголки души, заполняя каждую клеточку тела. Влажные липкие пальцы, что касались лица, отвратительно воняли кровью. Именно кровью, потому что ни с чем другим этот запах сравнить было нельзя. Горячий, отдающий раскаленным железом, он обжигал легкие, лишая возможности полноценного вдоха. Шершавые доски оставляли десятки заноз, что безжалостно впивались в ладони. Неумолимо сползая на пол, она отчаянно пыталась подняться, но не могла...

- Райс? – повернулась она к Охотнику, не зная, верить ли тому, что увидела. - Я не лгал тебе никогда, - тихо ответил он. Переведя взгляд на Рамиса, она медленно попятилась, не сводя глаз с вампира. Судорожно схватив ртом воздух, Айра передернулась. Не в силах выдержать пристального взора хладного, она зажмурилась. Вопреки ее надеждам, когда снова увидела мир, кроваво-алый огонь из глаз Рамиса никуда не делся. Наоборот, он разгорелся еще ярче. - Нет, нет, нет, - отказываясь верить, девушка отчаянно замотала головой...

Черным псом зарычала злость в душе Райса, когда до него дошли слухи о случившемся в особняке. Никогда еще он так не ошибался, полагая, что его слова достигли адресата. Ему казалось, что он доходчиво объяснил Рамису, как ему следует себя вести. Казалось… Райс решил, что больше не ошибется, а если это случится, то друзья больше не станут платить за эти ошибки. Довольно терпеть зуботычины этого негодяя, даже если зуботычины ментальные. Видят Боги, он не хотел развязывать войны, но Рамис сам нарвался...

На негнущихся ногах переступив порог палаты, девушка Охотника не сдержала тихого возгласа. Прерывисто выдохнув, она подошла ближе. Опутанная системами, Рамина лежала такая тихая и безучастная ко всему, что Айре стало не по себе. Хорошенькое личико посерело, под глазами залегли почти черные круги, что стали следствием сломанного носа. Грудь тоже была туго перетянута бинтом. Одна сторона шеи почти полностью скрыта под марлевой подушечкой, что крепилась с помощью полосок пластыря. - Господи, - прошептала Айра, беря в руки холодные восковые пальцы подруги...