Неноев ковчег

Марк шалун. Нет, не так… Марк - редкостный шалун. Нет… Марк - вьюн, егоза и случайно записанный ребенком антропоид.

Какое-то время назад я решила поездить по маякам и выбрала Осиновецкий, как отправную точку. Ну, ехать к нему достаточно далеко, чтоб успеть отдохнуть от счастья материнства и проорать в дороге все накопившиеся эмоции, Ладожское озеро опять же…  Поехала. Я уже предвкушала встречу с маяком, когда на фоне седого ладожского неба вверх поднялся монумент Разорванного Кольца.  Я читала про него, видела на картинках, но вживую до того момента - нет. Съехала на обочину, вышла из машины и долго-долго смотрела...

Женщина проснулась от того, что ласковый солнечный луч щекотал ее ресницы и целовал ее брови. Она прикрыла лицо рукой, улыбнулась и открыла глаза. Как давно она не слышала такой тишины. Сколько времени она просыпалась только от звонкого голоса Дюймовочки, распевающей свои утренние песни.  Женщина запахнула халат и вышла в гостиную, где на круглом столе из розового дерева уже давно стояла крошечная колыбелька. Но сейчас ореховой кроватки не было. Было только широкое блюдо, в котором плавал размокший...

Было мне совсем немного лет, чуть больше двадцати, жила я еще в Хабаровске. В районе Авиагородок с одной своей знакомой, Ириной, мы снимали частный дом на двоих. Очень было удобно - места много, стоит недорого и есть, где с собаками погулять. Очень удобно.  Но как-то раз Ирина меня подвела к стене на веранде и попросила послушать эту самую стену. Ну, она была старше, умудренней, что ж я, стенку по ее просьбе не послушаю? Послушала. А там - жужжание. Осиное гнездо. Прямо над входом на веранду. То...

… В сухих переплетенных ветвях изгороди мелькнули безобразные черные лапки, кусты сомкнулись, будто бы Гадкого Утенка и не было никогда на Птичьем Дворе. Мама-Утка на миг прислушалась - не вернется ли? Но нет, только четверо прелестных и таких похожих друг на друга малышей увлеченно перебирали клювами отруби в корытце и даже не заметили исчезновения уродливого братца. Маме-Утке показалось, что Старая Испанская Утка с красной лентой на лапе пристально посмотрела на нее, но нет, это ей померещилось...

Два дня думала, как написать про поездку к Тосненскому водопаду. Как совершенно пустая внутри выехала из дома. Как, отдаляясь от Питера, почувствовала, что оживаю. И как при виде указателя «В.Новгорд 156» еле удержалась, чтоб не рвануть туда. Как сытым котом урчал двигатель, переваривая соляру.  Как потом были пахнущие пылью и медом два километра через поле и колоски сорных трав тыкались в ладошку, как любопытные мышата.  А навстречу шли босоногие дети с растрепанными водой и высушенными солнцем волосами, и я уговаривала себя не спешить, не бежать...

Мне было лет двенадцать, когда у меня появились первые наручные часы - один из друзей отца подарил мне квадратные часы “Полет” с механическим будильником. Да-да! Будильник на наручных часах! Просто блеск! Ставишь стрелку на нужное время, когда оно подходит, часы вибрируют на запястье - я чуть не лопалась от важности! Мне нужно было забирать литр молока от соседской коровы, часы вибрировали ровно в семь вечера, и я деловито уходила от компании сверстников - у меня есть, чем заняться, кроме этой ерунды! Компания в шоке, я в тренде...

Очень трудно научиться не запрещать. Марк тянет в бассейн детскую ванночку. Я несусь к нему и отнимаю. Родька пытается утопить игрушечную машину, я снова против. Два расстроенных ребенка и очень жесткая я.  Сутки понадобились, чтобы подумать - а почему нельзя-то?? Ну… Марк напрягся, придумал способ и затащил огромную, выше него, пластиковую ванну в надувной бассейн. И что? Ну круто же. Он же смог.  Почему целые сутки было нельзя?  Я спрашивала себя и не понимала. Тугой, как резиновый эспандер, запрет на безобидную вещь...

ОТРИЦАНИЕ. Утром принцессы в спальне не оказалось.  Не оказалось ее и в малой гостиной. Принц потопал ботфортами в большую залу. Там у камина все еще возилась нерасторопная кухонная девушка. Вся в золе, в саже, она торопливо и сноровисто вычищала не особо и забитый очаг. Принц взял на заметку сказать дворецкому, что к его приходу вся эта возня должна быть закончена.  От нечего делать он наблюдал за замарашкой и вдруг…таким знакомым жестом она заправила выбившуюся прядь волос под чепец и такое знакомое кольцо блеснуло дорогим блеском александрита на милом пальчике...

Когда я смотрю, как пацаны плещутся в ванне во дворе, как они скачут на батуте, как в комнате изучают домик для игрушек… Или когда они заползают к лежащей мне на спину и устраивают родео… Или когда Юля читает книжку на планшете или устраивает бойкот урокам, а иногда совмещает это все… Когда Сашка спит досыта, а потом, мягонький, потягивается в кровати… Я смотрю на это все и глубоко в себе чувствую, что мы моей подругой/коллегой и единомышленницей все делаем так.  Вот так должны жить дети. А вот так, это как? Ну, давайте посмотрим...

После смерти мамы, пять лет назад, мне досталось ее обручальное кольцо, пара серег, огромная сумка пряжи и что-то там было мамой не довязано.  Помню, я перекладывала нитки из ее комода, держала в руках какую-то полочку то ли от платья, то ли от блузки, и внутри себя кричала от горя. Потому что вот это мама держала. Считала петли, шмыгала носом, поверх очков поглядывала в телевизор и старой открыткой подпирала строчку вязания в схеме. А потом прилегла отдохнуть и все. Крючок в вязании остался, круговые спицы в недовязанных гамашах...

Существует какое-то совершенно примитивное мнение, что от детей нельзя устать. Стоит написать о том, как утомили меня мелкие спиногрызы, как сразу находятся святоши, с пеной у рта утверждающие, что дети - это дар божий и благословение матери. Уважаемые святоши. Если вы никогда не уставали от своих детей, помашите над ними пипидастром. Если пипидастр развеет вашего идеального ребенка, все просто. Он был воображаемый.  Если от движения пипидастра над идеальным ребенком взвилась пыль, вы так его сами задолбали, что он решил не жить и притворился статуей с чем-то возвышенно-тонким в руках...