Слушай песню ветра

– Я считала, что люблю этого человека... Но когда он изменил мне, вся любовь моментально куда-то исчезла. Он стал просто каким-то неприятным знакомым, с которым я имела неосторожность быть в одной постели и есть из одной тарелки. Так было вначале, когда мы только сняли нашу первую квартиру, и там не оказалось посуды. Измена... Страшное слово... И вот теперь я являюсь причиной твоей измены. – Ты снова говоришь о том, что было тогда, – произнес Валерий. Его голос казался каким-то непривычным и в тоже время очень спокойным...

Промолчав, я прошла в комнату и присела на кровать. Слышала, как скрипнула дверь шкафа, как затем щелкнул замочек ванной, зашумела вода. Я забралась с ногами на постель и прижала колени к груди. Все как-то сюрреально. Я в гостиничном номере с мужчиной, который годиться мне в отцы. За окном мерцает фонарь, пытаясь разгореться полностью, а с севера из-за линии горизонта всплывают две Луны: одна большая, настоящая, другая поменьше. Они смотрят на меня, то ли осуждают, то ли хвалят. Я не понимаю их, как не понимаю того, почему они появились...

Я прошла в ванную комнату, которая оказалась довольно миниатюрной: напротив двери унитаз, рядом с ним душевая кабина и справа от двери раковина, почти прижатая к душевой кабине. Все было кристально чисто. Я включила воду и уставилась в зеркало, что висело над раковиной. На меня оттуда смотрела совсем другая девушка. Не узнать. Воспользовавшись туалетом и сполоснув руки я вернулась в комнату. Валерий уже убрал свое пальто в шкаф и теперь полулежал на кровати. – Ты думаешь, я проведу с тобой ночь? – набравшись смелости, спросила я...

Больше всего я боялась опоздать и оттого прибыла за час до назначенного времени. Сидела в зале ожидания и читала Мураками "1Q84". В моем небе не было двух Лун, но было достаточно той одной, что запустила череду этих до безумия странных событий. Чем ближе становилось 21:20, тем меньше я была способна сосредоточиться на тексте. Перед глазами то и дело возникала Луна, отраженная в воде, колебания, заставляющие ее волноваться и прикосновения. Последние десять минут, а затем и время ожидания Валерия...

Мысли разбил противный звонок телефона. Каждый раз я хочу сменить мелодию и каждый раз забываю. Снова неизвестный номер. Отвечаю. – Ты любишь танцевать? Не "здравствуй", не "как дела?", не хотя бы привычное "алло". Улыбаюсь и набираю в легкие побольше воздуха. – Нет, – почему-то тихо отвечаю я. – Очень жаль. Танец – единственное, что остается у нас, когда мы умираем. Замираю в непонимании. – У тебя будет всего несколько секунд, чтобы станцевать свой танец перед Смертью. А она будет вынуждена ждать, если твой танец будет достаточно идеален...